НАТАЛИЯ
О, мой Бог!
Это сложно передать словами!
Мы стоим на вершине горы, на уровне макушек деревьев, а в небе разлетаются миллионы разноцветных огней. Кажется, что вселенная радуется за нас и щедро рассыпает звёзды.
Ощущение, что мы стоим на вершине мира!
- Аслан! - оглядываюсь на него, чувствуя эйфорию и вновь готова расплакаться.
Он подходит, притягивает меня к себе, пронзительно смотрит в глаза, а потом наклоняется и целует, запуская пальцы в волосы. Он целует, но будто говорит. Да, говорит! Говорит о своих чувствах, переживаниях, о душевных терзаниях, о надеждах и мечтах. Он говорит со мной губами. Глазами, когда отстраняется. Прикосновениями. И само небо радуется за нас, разноцветными всполохами.
- А теперь пошли быстрее! Бежим! - он быстро утягивает меня вниз, с горы.
- Господи! Сейчас то куда, - опять смеюсь его такому поведению. Как мальчишка!
- Из-за нас не начинают ужин!
- ЧТО!? - мои глаза округляются.
Мы быстро спускаемся с горы, садимся на квадроцикл и буквально несёмся к дому, а небо всё ещё озаряют разноцветные огненные брызги.
Держусь за Аслана и оглядываюсь - фейерверки рисуют в ночном небе самые разнообразные узоры.
Красиво! Незабываемо!
***
Посмотреть на сюрприз вышли все Алиевы.
- Она согласилась! - кричал и повторял Аслан, пока мы ехали.
Ясмина запрыгала на одном месте, хлопая в ладоши.
Мама София улыбалась, положа руку на сердце.
Эльмира прижалась к Давиду, а он, приобняв её, поправил очки.
Камиль подошёл к Сергею и пожал ему руку.
А мальчишки просто наслаждались зрелищем, как и охрана, как и все, кто проживал в поместье.
Я вновь не удержалась и расплакалась, видя, как столько людей искренне радуются за Аслана, за нас.
- Ну, наконец-то! Я думал лягу спать голодным! - рассмеялся Сергей, когда я бросилась к нему в объятия. - Всё правильно Туся. Так и должно быть, - сказал он мне на ухо.
Аслан подошёл к Сергею, и они крепко обнялись.
Весь остаток вечера, прошёл за уютными посиделками и обсуждением произошедшего. Мужчины откупорили по этому поводу не одну бутылку коллекционного вина из домашнего погреба.
Я наблюдала за всеми, за их эмоциями и периодически улыбалась, проходясь пальцами по кольцу. Красивое. Слова на мой взгляд были лишними, хотелось прочувствовать, осознать, принять.
Аслан же, участвуя во всех обсуждениях, не отпускал меня взглядом. Я встала и подошла к роялю. Не знала, что конкретно хочу сыграть, просто перебирала по клавишам, что-то лирическое, а потом слова сами сорвались с губ.
Я согрею дыханьем ладони,
Твои белые, нежные пальцы.
И под шорох осенних мелодий,
Мы закружимся в свадебном вальсе.
И тогда прикоснусь я губами,
К твоим сильным, знакомым ладоням.
И для нас лишь с тобой только будут,
Пpоплывать облака в небосклоне.
Замолчала, но продолжала играть, прикрывая глаза и улыбаясь. И только лишь, взглянув на присутствующих заметила, что разговоры прекратились и все слушают, затаив дыхание. Ясмина тихо всхлипывала.
От неожиданности мое импровизированное выступление прекратилось. Ясмина подбежала ко мне и обняла.
- Ты могла бы стать гениальной певицей, ты так поешь, так поешь! У меня душа переворачивается, - выпалила на эмоциях она.
- Я буду, тем, кем должна быть, - обняла её в ответ. - Пойдём прогуляемся?
Ясмина кивнула в ответ.
***
- Ты думала, как устроить вашу свадьбу? Вы обсуждали с Камилем? - взяла Ясмину под руку.
- Он, сказал, что будет так, как я захочу.
- А как ты хочешь?
- Мне хочется, разделить это счастье со всеми вами и бабушкой. А как именно даже не знаю.
- А друзья, родственники?
- Получается, что кроме вас всех, у нас никого нет, - вздохнула.
- Как так? А родственники мамы и папы? Никого нет?
- Мама сирота, а пипины от него отказались..., - чуть слышно.
- В смысле?? - округлила я глаза.
- У папы, в принципе, много родственников, но из-за того, что он женился на маме, родственники от него отвернулись, - смахнула слезу Ясмина. - В их роду, принято жениться и выходить замуж только на людях своей национальности. А мама русская.
- Это ужасно. Но твоя, бабушка, она ведь..., - предположила.
- Да, родители папы, всегда были на его стороне и с уважением отнеслись к его выбору. Всегда поддерживали. После моего рождение, через год, от рака умерла мама, врачи сказали скоротечный. Папа очень сильно тосковал. Потом папа попал в аварию и погиб. Когда мне было пять лет, умер дедушка. Вот так мы и остались с бабулечкой одни.