«Блядь! Почему она такая слабая? Раньше девки покрепче были...»
- Кто вы? – тихо спросила она таким тихим, сексуальным голосом...
И в тот момент у меня встал. Волна сильного возбуждения прошла по телу. Хммм... Странно, наверное, это после двухсотлетнего воздержания.
«Блядь! Прямо здесь и сейчас я бы её трахнул... Но она умрёт... Сука!»
Я многое перепробовал за свою долгую жизнь. И, честно говоря, трахать трупы – то ещё «удовольствие». Пусто. Ни о чём. Мертвечина меня не возбуждала... А вот живые девки, испытывающие страх, агонию, боль... Это да...
И я возбудился с новой силой, представляя, что бы сейчас сделал с этой рыженькой...
«Нет, девочка, ты не умрёшь. Точно не сегодня. Ты ещё мне отлично послужишь», – решил я и кровожадно улыбнулся самому себе.
А затем я прокусил своё запястье и дал ей ровно одну каплю своей крови. Капнул прямо в раскрытый рот с чувственными губами...
Этой капли должно было хватить на её исцеление. Девка обязана была выжить для меня, чтобы потом для меня и умереть.
Глава 7. Добро пожаловать ко мне...
Валар́ис
Я принёс девчонку к себе... Не могу сказать «домой», так как дома у меня уже давно не было. Я не нуждался в чём-то постоянном.
Иногда бывало так, что я убивал одиноких женщин, силой заставляя их подписать все документы на право собственности.
Глупые дамочки, полагая, что в этом – их спасение, делали всё беспрекословно.
Затем я убивал их, (в благодарность, кстати, весьма быстро, почти без мучений). И тогда их дом и вся их собственность переходили в моё владение, включая различные накопления, слуг и, что забавно, даже домашних животных. Последние, правда, меня очень не любили и быстро сбегали... Ну и чёрт с ними!
В чужих домах, ставших моими, я мог жить по нескольку десятков лет, пока моя неменяющаяся с годами внешность не начинала вызывать лишних вопросов.
Тогда я покидал своё укромное местечко и находил новое. И так – столетие за столетием.
Я также прекрасно знал, что засыпать мертвецким сном на несколько веков в каком-либо доме – уж слишком опасно и опрометчиво.
Поэтому для долгого сна я выбрал сеть пещер в самой глуши – в лесу, в котором издавна обитали дикие звери, куда люди почти не совались. Разве что охотились иногда.
Но в пещеры они вообще не заглядывали – боялись медведей, спящих во тьме.
Смешно, но в тех пещерах, кроме меня, не спал больше никто. Дикие звери гораздо умнее людей. Они за версту чуют другого хищника, куда более опасного, чем они сами.
Поэтому моим тёмным, холодным, пропахшим сыростью убежищем стала именно пещера.
Перед тем, как уснуть на двести лет, я оборудовал в выбранной пещере минимально комфортные условия (роскошь мне была не нужна), а также взял кое-какие дорогие и полезные вещи, ну, и, естественно, золото.
За долгие века я осознал: деньги могут менять свою ценность, меняться сами – вид, форму... В ходу могли быть разные валюты, но ЗОЛОТО всегда оставалось золотом. Его ценили высоко – всегда и везде. И неважно, в каком виде оно было: в монетах, слитках, украшениях, даже в виде неоформленных кусков... Поэтому золото я уважал и хранил.
В моей пещере я поставил мягкую кушетку-софу (я же не пёс, чтобы спать на земле), взял с собой несколько шерстяных одеял, надеясь, что они не истлеют с течением времени... Холода я не чувствовал, но это была дань моей банальной привычке из прошлой, человеческой жизни.
Я также взял несколько мешков золота (украшения, слитки, монеты), а ещё позаботился о дровах и розжиге для камина – опять же не ради тепла, а с целью освещения (на момент, когда очнусь).
Ни один луч света не пробивался в глубь пещер, и, несмотря на то, что я отлично видел в темноте, танцующее пламя почему-то дарило эффект чужого присутствия...