— Знаешь, — тихий голос Марго выводит Леви из раздумий. — Я завидовала тебе, когда ты был с Велиной.
— С чего бы? — Леви поворачивает голову в сторону подруги. — У нас все закономерно закончилось.
— Она любила тебя, — Леви знает об этом, но слова Марго все равно заставляют его немного напрячься. Все словно сговорились напомнить ему о его самом большом промахе. — По-настоящему любила тебя, засранца. Говорила, что ты занудный, раздражающе педантичный и совсем плох в романтике, но… Это не мешало ей любить тебя.
Леви усмехается, а после не сдерживается и хохочет, запрокинув голову. Он не чувствует веселья и радости, этот смех удушающий. К своему ужасу, Леви осознает, что если не возьмет себя в руки, то позорно расплачется. Марго права — Велина любила его, но одной лишь любви недостаточно. Ее никогда не достаточно.
— Ты совсем не скучаешь, да? — Марго раздраженно цокает и больно пихает друга в плечо. — Как можно быть таким бесчувственным… Мужчины всегда такие черствые.
Отсмеявшись, Леви щипает себя за переносицу и продолжает улыбаться. Сердце лихорадочно колотится, а руки мелко подрагивают. Он не знает наверняка, что именно так его «рассмешило». Словно давно натянутая струна внутри лопнула с оглушительным треском.
— Мне бы очень хотелось, чтобы кто-то смотрел на меня так, как она смотрела на тебя, — тихо ворчит Марго, закинув в рот попкорн.
— И как же?
— Словно ты был центром ее Вселенной…
Леви невольно задерживает взгляд на профиле Марго — она смотрит на экран, чуть нервно покусывает щеку, касаясь холодной банкой подбородка. Неожиданные воспоминания застают его врасплох.
***
Леви не любит шумные компании и, честно признаться, всячески пытался избежать этой «вписки». Однако Рита настаивала, и он, ожидаемо, не смог ей отказать. Последние пару лет Рита кропотливо выстраивает мост к противоположному берегу «социальности», активно увлекаясь новыми знакомствами. В какой-то момент она почувствовала острую нужду в этом — в друзьях. Пусть Леви и не скрывает, что все эти люди, по его мнению, не особо заслуживают подобного статуса, но благоразумно не говорит об этом. Это жизнь Риты, и только ей решать, кому в ней быть. Уж точно не Леви.
В какой-то момент, Леви сбегает на балкон. Однако его уединение ожидаемо не длится долго. На мгновение громкая музыка почти оглушает его, но тишина возвращается вновь спустя ничтожные несколько секунд. Леви облегченно выдыхает.
— Прячешься? — Рита подходит ближе, прислоняется бедрами к перилам. — Ты всегда так делаешь… Как бы я ни пыталась познакомить тебя с кем-то, вытащить из твоего занудного панциря, рано или поздно ты все равно прячешься в каком-нибудь уединенном месте, а потом и вовсе сбегаешь домой.
— И ты все равно продолжаешь это делать, — усмехнувшись, глухо отзывается Леви. — В последний раз Демьян сказал, что я похож на твою карманную собачку. Ты выводишь меня в люди, показываешь всем и каждому, а потом предоставляешь самому себе, потеряв интерес.
— Дёма придурок… — Рита вдруг замолкает, и Леви, не удержавшись, все же поворачивает голову в ее сторону. Она обнимает себя за плечи и смотрит куда-то себе под ноги, кусая губы. Ее немного ведет в сторону — Рита слишком быстро пьянеет. — Ты тоже так считаешь?
— Нет, — после недолгого молчания отвечает Леви. — Мы вместе с самого первого дня нашего знакомства. Я знаю тебя достаточно, чтобы понимать твои мотивы. Ты никогда не стеснялась меня, всегда заступалась, если кто-то пытался обидеть. — Леви усмехается. — Мой маленький храбрый рыцарь… С моей стороны было бы огромной глупостью считать, что ты на самом деле не воспринимаешь меня своим другом. И поверь мне…— Леви вкладывает в свой голос твердость, чтобы Рита не почувствовала сомнение в нем. — Я никогда не сомневался в тебе. Но теперь ты большая девочка, Рит, и я уже не та беззащитная принцесса. Тебе не нужно так опекать меня.