После окончательного разрыва с Велиной, Леви буквально посвятил всего себя подруге. Как раньше, до того, как Марго встретила свою первую любовь, ведь оба остались без отношений.
За последний год Леви, откровенно говоря, отвык.
Отвык проводить в одиночестве свободное время, не зная, чем его заполнить. Обычно по вечерам он часами говорил с Марго по видеосвязи, ходил на ее идиотские и бессмысленные свидания, и в целом, все что делал Леви в той или иной мере было связано с ней. Отвык от прочтения любимых книг, просмотра документальных фильмов и нерабочего общения с кем-либо помимо Марго. Отвык замечать, направленные на него, заинтересованные взгляды и застенчивые улыбки. Леви не был на настоящем свидании целую вечность.
И, главное, Леви отвык видеть Марго… влюбленной? Давно забытое искрящееся счастье в янтарных глазах, широкая улыбка с глубокими ямочками на щеках и предательский румянец. Леви сгорает от нетерпения взглянуть на человека, сделавшего это с Марго. Желает этого знакомства в той же степени, как и боится его.
Эдуард Мильштейн любит работать в морге поздним вечером, когда в бюро уже не остается и души. Леви привычно подходит к двери со стороны парковки, набирает знакомый код домофона и проскальзывает внутрь. В пустом коридоре все звуки кажутся громче: шуршание бумажного пакета, размеренный стук каблуков и сбившееся дыхание.
Друг находится достаточно быстро в своем кабинете — Леви первым делом заглядывает именно в это помещение и лишь в последнюю очередь в секционное, где обследуют и вскрывают тела. Еще одна причина того, почему Леви не остался в следствии — он не мог спокойно смотреть на трупы, в особенности с признаками насильственной смерти.
— Нет! — Эдуард застывает, глядя на Леви, с бутербродом у рта. — Что тебе опять нужно?!
— Я тоже рад видеть тебя, зискейт[1], — усмехается Леви и ставит на стол большой стакан американо со сливками.
Эдуард бросает косой взгляд на кофе, недовольно поджимает губы и вновь смотрит на Леви, чуть выгнув бровь. Тот довольно хмыкает и выгружает на стол бумажный пакет — запах печеных груш и корицы слишком очевиден, чтобы остаться незамеченным. Эдуард страшный сладкоежка. Тот задумчиво смотрит на свой бутерброд, ведя заведомо проигрышную борьбу с самим собой, и, прикрыв глаза, обреченное стонет.
— Связался же с евреем…
— От еврея слышу.
У Леви и Эдуарда достаточно странные отношения — хотя Леви без сомнений называет это дружбой. Они не проводят вместе свободное время, не звонят друг другу без особой на то причины и не обмениваются бессмысленными сообщениями, но между ними достаточно крепкая связь. Они легко понимают друг друга без лишних слов, обладают низким уровнем эмпатии и слишком увлечены своей работой. За десять лет знакомства они достигли удивительного уровня доверия. Леви может поделиться с Эдуардом многим, в том числе личными переживаниями, и чаще всего получает ехидные комментарии, но его прямолинейность всегда отрезвляет.
После разговора с Эдуардом ощущение такое словно встряхнули ковер от осевшей пыли. В этой ситуации кончено, Леви и есть тот самый ковер.
Леви бросает на стол копию заключения эксперта и устало садится на стул, закинув ноги на другой, тот, что напротив. Эдуард локтем подтягивает к себе экспертное заключение, задумчиво облизывает большой палец, перепачканный в грушевом маффине, затем опускает взгляд ниже и едва заметно кивает. Леви тихо вздыхает, тянется вперед и переворачивает страницу.
— Что думаешь? — наконец спрашивает Леви, когда по ощущениям Эдуард уже добрался до выводов эксперта.
— Думаю, что фамилия знакомая, — сухо протягивает Эдуард и закидывает в рот остатки маффина. — От Белозёровых всегда были одни проблемы. Чертова семейка, зацикленная на…
— Эд.
— Ну, — Эдуард отпивает немного кофе, прочищая горло. — Все так, как написано. Тяжкие телесные. Выводы мотивированные, судя по описанию, верные, противоречий не содержат. Да и эксперта я знаю, сомнений его заключение не вызывает. Что ты хочешь услышать от меня?
— Ну… — Леви неопределенно водит рукой в воздухе, затем с шумом опускает ладонь на стол. — Да я сам не знаю. Хотел ходатайствовать о проведении дополнительной экспертизы.