— Слушай, — сказал Нико после паузы, — может, выберешься со мной в бар? Обещаю – без скучных разговоров.
— Ты так говорил в прошлый раз. И мы обсуждали задержание бездомного.
— Это была горячая тема!
— Нико, горячие темы – это когда кто-то в баре раздевает тебя глазами, а не рассказывает про грязного бомжа.
Он рассмеялся снова, но затем сменил тон.
— Ладно. Просто хотел сказать… я видел твою сестру недавно.
Россана напряглась.
— Эмилию? Где?
— В «La Rosetta». С каким-то парнем. Она выглядела… не знаю… странно.
— Странно – это как? Слишком счастливо или готовая сбежать в любую секунду?
— Скорее второе. Он что-то говорил, она кивала, но глаза… пустые.
— Может, просто ссорились.
— Может, — Нико вздохнул. — Но парень не выглядел грубым. Хотя, сам знаешь, бывает, внешность обманчива.
Россана медленно поставила бокал.
— Я ей позвоню, — сказала она. — Посмотрим, что там у неё.
— Хорошо. И, Росс, если что – дай знать. Только, прошу, не запивай тревогу вином. Опасная комбинация.
— Угу, спасибо, доктор Нико. У тебя выходной, иди развлекайся. Если что я – сама справлюсь, большая девочка.
Когда звонок оборвался, Россана ещё долго смотрела на экран. В груди медленно шевельнулось неприятное чувство, похожее на морось внутри.
Обычно она была человек рассудительным. Но сейчас – нет. Сейчас её мозг бил тревогу:
что, если с Эмилией действительно что-то не так?
Она набрала номер сестры. Гудки. Без ответа.
Попробовала снова.
И снова.
На четвёртой попытке голос оператора безучастно сообщил:
«Абонент недоступен».
Россана выдохнула, устало потерла виски.
— Ну конечно, — пробормотала она. — Осталось только, чтобы пошёл дождь.
И, будто город услышал вызов – с неба действительно капнуло. Сначала одна капля, потом вторая. Через минуту небо разразилось дождём, как будто итак не хватало драматизма.
— Браво, Неаполь, — усмехнулась Россана, поднимая взгляд к небу. — Просто идеально.
Глава 3
Утро воскресенья началось с кофе настолько крепкого, что от него могла заработать маленькая электростанция. Россана варила его вручную, потому что кофеварка умерла героически в субботу, и теперь на кухне царил дух настоящего "обжареного" кофе.
Эмилия не звонила. Не писала. Как будто младшая сестра испарилась в воздухе.
— Может, у них там романтика, — пробормотала Россана, наливая себе в кружку жидкость, похожую на нефть. — Море, свечи, идиотские поцелуи… Ну да, логично. Всё нормально. Абсолютно нормально.
Но глаз у неё дёргался.
Кофеин не помог. Помогло бы, наверное, выбросить телефон в окно и сделать вид, что проблемы не существует, но это было бы странно даже для неё. Поэтому она сделала то, что всегда делает в панике – позвонила Нико.
— Buongiorno, малышка! — бодро ответил он.
Слишком бодро для утра, когда мир рушится.
— Доброе. — Голос у неё был, как у человека, который с утра уже уверен, что день катется к чертям. — Ты вчера говорил, что видел Эмилию возле кафе. Во сколько это было?
— Около восьми вечера. Она так и не появилась дома?
— Нет. И трубку не берёт.
— Может, всё-таки ссорились с парнем? Или просто затянулись романтические выходные?
— Или она в багажнике его машины, — сухо ответила Россана.
Пауза.
— Росс, ты опять смотришь криминальные сериалы перед сном?
— Нет. Я живу в Неаполе. Это почти то же самое.
Нико хмыкнул, но тут же посерьёзнел:
— Скажи, где она познакомилась с этим парнем?
— В клубе «La Barriera».
— Что? — Нико явно перестал улыбаться. — Росс, туда не попасть просто так. Я когда-то копал под это место. Была наводка по отмыву денег. Люди за этим стояли очень… влиятельные.
— Прекрасно, — мрачно сказала Россана. — Моя сестра, возможно, встречается с мафиози, и я даже не спросила его фамилию. Вот это уровень старшей сестры. Прямо горжусь собой.
— Не делай глупостей. Я проверю кое-что по своим каналам.
— Конечно, — сказала она с безумно спокойной улыбкой. — Я просто посижу, не дыша, пока моя сестра, вероятнее всего, в компании преступников.
Нико тяжело вздохнул:
— Россана, обещай, что пока я не разузнаю более точную информацию, ты лезть никуда не будешь.
— Конечно, — сказала она, уже продумывая все варианты поиска сестры. — Даже не подумаю.
***
К вечеру ситуация ничуть не прояснилась, телефон так и был в качестве бесполезного кирпича. Эмилия не выходила на связь.
Пицца остыла, вино закончилось, и чувство тревоги выросло до размеров Везувия.