— Молчи, Анна, — прохрипел Сергей Васильевич, слабо приподнимаясь на локтях. — Забирайте всё! Всё, что хотите, только оставьте бедную девушку в покое. Она здесь ни при чём! Она хороший человек — в отличие от вас всех! Хотите мой бизнес — забирайте! Такой ценой мне это не нужно!
В воздухе повисло напряжение после слов директора. Настроение Покровского ощущалось густым туманом, который нависал над нами и начинал сдавливать лёгкие. Но вместе с тем я немного обрадовалась порыву Сергея Васильевича, который во многом бы спас ситуацию.
— Серёжа, если ты ещё не понял, в твоих словах я больше не нуждаюсь, — холодно произнёс Никита, будто отрезал, и перевёл взгляд с бедолаги на меня. — Сейчас всё зависит от неё! И только от неё! Пусть сама решит, на что способна! Хватит ли у неё смелости?
— Я не могу… — прошептала я.
— На что ты способна, Анна? Смелая ли ты? — задавал вопрос за вопросам Покровский.
Он давил на меня с каждой минутой, с каждым словом всё сильнее. В голове терялась связь с реальностью, и только бас Никиты звучал постоянным: «На что ты способна?» В конце концов, я не выдержала и выкрикнула, слыша свой голос, как эхо:
— Я согласна! — сорвалось с моих губ, а в висках гулко застучал пульс.
Глава 5
Меня прижали к стене и не дали другого выбора, кроме как согласится на это безумие! Уже секунду спустя, ужас сдавил все внутренности от осознания, на что я подписалась, хотя ничего не было понятно! Чего хочет этот ужасный человек?
В этот самый момент, его лицо озарялось не скрытой победой. Он ликовал — в очередной раз получил желаемое. Покровский выглядел величественно — и ещё более влиятельно, стоя передо мной с широко расставленными ногами, руками в карманах и гордо поднятым подбородком. А я... Сижу на полу, с прижатыми за спиной руками, затёкшими ногами и сводящим желудком от растерянности и шока. Всё тело пробирала жуткая дрожь — зуб на зуб не попадал, волосы на затылке будто встали дыбом.
Я невольно возненавидела этого человека и всю его шайку!
Казалось, хуже уже быть не может. Но это лишь начало...
— Ты сделала правильный выбор, Анна! — протянул Никита и жестом указал одному из своих громил на выход. — Сергей Васильевич, вышло недоразумение! Мы откланиваемся и уходим, оставляя вас и ваше имущество. Больше не потревожим! Работайте спокойно! Пока что... — добавил он с вызывающей усмешкой. — Пока этот милый боец будет в моей власти!
— Что ты собираешься с ней делать? — хрипя от боли, задал вопрос директор. — Она же чистая девушка! Не порти её! Забери всё, только не трогай Анну!
— Вопрос решён! Уходим ребята! — скомандовал Никита, не бросив на меня и взгляда. — Бойца забираем с собой!
— Нет! — вскрикнула я, стоило громиле потянуть мои руки кверху.
Внутри, словно салютом, взорвалась паника. Я стала выкручивать запястья, не обращая внимания на боль, вырываться, даже укусила одного из амбалов. За это получила удар кулаком в спину. Но я не сдавалась — даже когда оказалась в машине, зажатой между Покровским и его людьми.
— Не трать силы, дорогуша! Оставь их на потом!
— Меня будут искать! Мои родные! Вам это не сойдёт с рук! — шипела я, бросая угрозы и пытаясь призвать этих людей к здравому смыслу. — Вы все — чудовища! Бесчувственные и бессовестные!
— Тш-ш… Не нужно пустых слов! К тому же, ты сама на это согласилась! Или не так? А, может, нам стоит вернуться и закончить начатое? Моим людям как раз нравится завершать задуманное! Сегодня они скучают! Да, ребята?
Все тут же загудели, согласно кивая и гогоча от слов главаря. Мерзкое чувство разливалось в груди. Я понимала: здесь мне точно никто не поможет. Никто не посочувствует. Этот подонок прав — я сама дала согласие и напомнил, что будет, если я откажусь от обещанного.
Пришлось замолчать и усмирить свою злость, но только снаружи. Внутри же, я знала, что ни испытываю к Покровскому — ни симпатии, ни даже подобия жалости.
Во мне бурлила ненависть и жажда самых страшных для него мук!
Глава 6
Места в машине оказалось катастрофически мало, учитывая, что в ней нас было шестеро — двое спереди, четверо на заднем сиденье. Бедро Покровского тесно прилегало к моему, и я чувствовала тепло его тела. Он сидел спокойно, уверенно, с одной рукой закинутой за мои плечи. Запах его парфюма — восточно-древесный, с пряными нотами, смешанный с затхлым ароматом сигаретного дыма — в тёплом воздухе салона становился почти осязаемым. И, как ни странно, он успокаивал.