Глава 1
Я никогда не чувствовал сочувствия к этим жалким существам, к людям. Я знаю что у меня всего лишь одна задача. Их жизни — строки, которые я вычеркиваю из своего списка. Не месть, не гнев движут мной. Всё это — работа. Чёткая, бесстрастная задача, очередной пункт в длинном перечне того, что должно быть сделано.
Тусклый свет лампы освещал операционную комнату, где на холодном стальном столе лежало тело очередной жертвы. Молодой мужчина, примерно двадцати лет. Обескровленное лицо жертвы: на веках тёмные точки, мелкие петехии, на шее — глубокие следы давления, а в груди зияла идеально выверенная рана, которая, как позже подтвердил патологоанатом, была нанесена прямо в сердце не оставляя жертве ни единого шанса на выживание. Детектив Моника Стоун стояла рядом с телом, скрестив руки на груди. Она пыталась разложить по полочкам то, что видела. Какой-то внутренний голос говорил ей, что это убийство — не просто очередное дело, а часть чего-то куда более масштабного.
— Что ты думаешь, док? — спросила она, обращаясь к патологоанатому, мужчине лет пятидесяти с вечной усталостью на лице.
— Это не любитель, это точно, — сказал он, откидывая перчатки в мусорное ведро. — Удар один, но точный.
— Профессионал? — переспросила она.
— Думаю да, — подтвердил Агнесс. — Сначала полная окклюзия дыхательных путей. Сдавлена подъязычная кость, хрящи гортани повреждены. Смерть не наступает сразу, потерпевший теряет
сознание и только после этого — финальный удар.
Скальпель доктора легко скользнул по телу, указывая на тёмный канал, пронзивший сердце.
— Межрёберный доступ, строго в проекцию левого желудочка. Убийца добивает.
Моника задержала дыхание. Внутри кольнуло чувство тревоги.
— Его почерк, — произнесла она. — Душит, а потом — сердце.
— Именно. И каждый раз одно и то же. Ничего необычного. Больше всего напрягает отсутствие каких либо улик. Сегодня отдам его кровь в лабораторию.
Моника кивнула.
По ее спине пробежал холодок. Каждый день она сталкивалась с самыми мрачными сторонами человеческой природы: убийства, ограбления, исчезновения. Но, как бы опытна она ни была, тревога всегда оставалась с ней.
— Орудие убийства? — спросила она.
— Судя по ране, это был нож с лезвием не менее десяти сантиметров, возможно, складной. Лезвие идеально заточено.
Вернувшись в офис, Моника бросила папку с фотографиями из места приступления на стол и устало увалилась в кожаное кресло. Ее кабинет был небольшим: старый стол, стопки дел на полках, потрескавшаяся штукатурка на стенах. Но здесь было тихо, и это позволяло сосредоточиться. Она включила настольную лампу, открыла дело и начала просматривать фотографии. Переулок, где нашли тело, выглядел обычным: бетонные стены, мусорные баки, граффити на стенах. Однако что-то в этих кадрах не давало ей покоя.
"Почему он оставил тело? Почему не спрятал?" — подумала она. Ее размышления прервал стук в дверь.
— Входите, — сказала она, не отрывая взгляда от бумаг.
Вошел ее коллега, инспектор Брайан О’Коннор. Высокий, широкоплечий мужчина с легкой щетиной и вечно мятой рубашкой.
— Нашли что-нибудь интересное? — спросил он, присаживаясь напротив.
— Пока нет, — ответила Моника, отодвигая папки с делом. — Убийца либо слишком умный, либо слишком самоуверенный. Возможно, и то, и другое. Брайан кивнул, подавая ей чашку кофе.
— У нас запросили отчет о прогрессе. Думаешь, это серийник?
— Пока рано делать выводы, но в последнее время слишком много жертв с одинаковым почерком. Знаешь, Брайан, этот человек явно профессионал. Всё выполнено слишком чисто, слишком аккуратно. Я не могу поверить что нам незачто зацепиться.
Задумавшись, Брайан начал щелкать ручкой, глядя куда-то в сторону.
— Знаешь что, я попрошу сержанта ещё раз тщательно осмотреть место преступления. Возможно, мы что-то упустили.
— Хорошо. Уже поздно, пора заканчивать. Можем выйти вместе.
— Да, почему бы и нет. Кстати, хотел спросить… Ты завтра вечером свободна? Где-то ближе к восьми.
— Думаю, да. Завтра мой единственный выходной. А что?
— Может, поужинаем вместе, за мой счёт. В ресторане через улицу. У них потрясающий стейк томагавк с трюфельным соусом. Говорят, стоит попробовать.
Моника замешкалась, на мгновение задумавшись.
— Да… — протянула она, чуть неуверенно. — Думаю, что да. Но к чему такая щедрость?
— Я подумал, что это будет отличная возможность немного сблизиться, остаться вдвоем, отдохнуть от работы за бокалом шампанского, узнать друг друга побольше, — сказал Брайан, положив свою руку на хрупкую ладонь Моники. Но она резко выдернула её.
— Брайан, ты помнишь, что я говорила? Мы только коллеги, ничего больше. Я никогда не соглашусь совмещать отношения с работой. За границей участка мы всего лишь друзья. Прости.