Глава 2
Сквозь сон Моника услышала лёгкое трепетание. Постепенно приходя в себя, она поняла, что это звенит будильник. Посмотрев на время, она устало вздохнула. — Новый день, новые раздумья… — пробубнела она.
Сквозь шторы пробивались лучи утреннего солнца. Пылинки, словно танцуя в теплом и душном воздухе, разлетались по комнате. Через закрытые двери доносился тонкий запах приправ и звуки раскаленного масла. Все тело ужасно ломило после вчерашнего дня. Моника целый день провела на ногах, присесть и забыть обо всём хотя бы на десять минут удавалось ей редко. Даже в своём кабинете она не находила спокойствия или умиротворения. С тяжелыми усилиями она поборола усталость и желание укутаться в одеяло уснувши до самого вечера.
Хотя это был её единственный выходной, она не могла позволить себе просто лежать без дела. Внутри неё горело чувство интереса и предвкушения — она только что обнаружила зацепку и была готова копаться глубже, разбирать все ниточки. Её охватывало желание провести этот день с пользой: исследовать, анализировать, соединять точки. Даже несмотря на боль в голове и усталость в теле, она была готова к борьбе, потому что только сейчас она почувствовала, что близка к разгадке. Спустя два месяца постоянных жертв и непониманий она наконец то стоит на правильном пути.
Аккуратно и тихо открыв двери, в нос ударил ароматный запах. На первом этаже день шел своим чередом. Элизабет уже вовсю хозяйничала в доме — стояла у плиты и готовила завтрак для всех. Спускаясь вниз, деревянные ступени поскрипывали под ногами Моники, что отвлекло Элизабет от дел. Она выглянула из-за стены и заметила, что проснулась Моника. Убедившись, что всё в порядке, она снова вернулась к готовке.
— Доброе утро, — улыбнулась Элизабет, не отрываясь от своих дел. — Как спалось?
Моника, потирая глаза, ответила с лёгкой улыбкой:
— Доброе утро, Элизабет. Спалось тяжело, но ничего. Как ты?
Элизабет бросила на неё теплый взгляд, в котором отражалась искренняя забота.
— Завтрак почти готов, — сказала она. — Скоро всё будет на столе. Ханна гуляет в саду, сходи за ней пожалуйста.
Кивнув, Моника двинулась к задним дверям которые вели в их сад.
Вдохнувши в лёгкие теплый воздух она учуяла запах влаги и мокрой земли. Она так давно не заходила сюда, что увидевши как сад расцвёл она удивилась. За ним никто не ухаживал кроме мамы, но сама Хана не может уследить за всем хозяйством. Трава заросла, из земли торчали бурьяны по колена, вокруг росли дикие цветы. Пройдя к теплице Моника рассматривала каждое дерево и цветок посаженный Ханной. Открыв теплицу она увидела как мама сидит в земле и капает грядки чтобы посадить очередные семена. Не смотря на ее болезнь, и ухудшение здоровья, единственная очень яркая черта в ее характера была неизменна. Она все так же очень любила что то растить.
— Завтрак почти готов, — сказала Элизабет. — Скоро всё будет на столе. Ханна гуляет в саду, сходи за ней, пожалуйста.
Кивнув, Моника двинулась к задним дверям, которые вели в их сад. Вдыхая тёплый воздух, она сразу почувствовала запах влаги и мокрой земли. За все эти недели сад превратился в буйное цветочное море: высокая, густая трава заросла бурьянами по колено, вокруг росли дикие цветы. Пройдя дальше, Моника подошла к теплице, крыша уже частично заросла мхом от влаги. Открыв дверь, она увидела маму сидящей на корточках прямо в земле. Ханна с наслаждением копалась в грядках, поливая их и расставляя семена с привычной тщательностью. Несмотря на болезнь и ухудшение здоровья, единственная яркая черта в её характере оставалась неизменной — она по-прежнему очень любила этот сад. Её движения были медленными, более затупленые чем обычно.
— Привет, мама, — поздоровалась Моника, подходя к теплице. — Завтрак почти готов, пошли домой. Посмотрев на Монику своими зелёными, такими чистыми глазами с нотками полного непонимания, Ханна покачала головой. — Прости, я не хочу кушать, — прошептала она, еле слышно, голосом, таким тихим и медленным, но таким родным и спокойным.
— Ну давай, мама, — мягко сказала Моника, подходя ближе.
Она старалась говорить медленно и спокойно, чтобы не спугнуть, как маленького ребёнка, непонимающую Ханну. — Ты не ела со вчерашнего вечера.
Моника протянула руку, нежно поглаживая маму по руке, стараясь утешить её. Она прекрасно знала, как быстро Ханна уходит в свои мысли, как трудно вернуть её к реальности. Мать всегда была такой, с мягким голосом и спокойным взглядом, но теперь всё было сложнее из-за болезни.