– Да.
– Давно?
– Почти месяц назад.
– То есть, все это время ты жил почти под моим носом?
– Ксюш, я, можно сказать, жил в машине под твоими окнами. Так что расположение моей квартиры особо роли не играло. Пошли уже.
Квартира оказалась большой, просторной, светлой. И совершенно не обставленной, полупустой.
– Ты не обжился еще.
– Не успел. Так, я готов, поехали дальше.
– А теперь куда? – попытала я свое счастье еще раз.
– Увидишь.
Когда мы въехали в коттеджный поселок, в котором жили Ника и Игорь, я предположила, что мы едем к ним в гости. Но Денис проехал мимо дома Волковых дальше по улице и притормозил у одного из участков.
– Видишь вот этот пустой участок без дома, – он указал на участок слева.
– Да.
– Это наш. Я купил его, когда Волков только начал строить тут дом. Но сам строиться не решился, не было желания. А сейчас думаю, что свежий воздух будет полезен и тебе, и ребенку. Так что, можешь выбирать проект дома, – я не могла и слова вымолвить. Смотрела то на участок, обнесенный забором, то на Дениса. – Ксюх, если ты снова собралась пустить слезу, то давай тогда бардачок откроешь. Ну, чтобы два раза не реветь. Так сказать, оптом, за раз.
Денис вытащил из бардачка небольшой бархатный футляр, в котором оказался красивый золотой браслет и, по-видимому, очень дорогой.
– Это подарок на Новый год, – он достал браслет и застегнул его на моей руке.
– Денис, это очень дорогой подарок.
– Нет, Ксюш, дорогой подарок ты мне сделала. А это так – безделушка, – я вздохнула, сдерживая слезы, и засмеялась.
– Если бы мне кто-нибудь еще год назад сказал, что я буду сидеть беременная в твоей машине и обсуждать строительство нашего совместного дома, я бы сначала посмеялась, а потом еще покрутила пальцем у виска. И сказала, что он сошел с ума. А сейчас у меня чувство, что схожу с ума я сама.
– Почему?
– Нельзя быть настолько счастливой.
– Можно, даже нужно. Помниться, кто-то хотел мужа, семью, детей и уютный дом. Все в наших руках, Ксюх, – произнес Денис мне в губы, перед тем как поцеловать.
Середина января
– У тебя сейчас такое выражение лица, что даже я начинаю бояться, – произнес я, глядя на Волкова.
– Лавров, иди в жопу, – ответил тот, не поворачивая головы, все так же продолжая следить за Ласточкой, резво входящей в витиеватые повороты то одним боком, то другим.
– Все-таки, Ника – безбашенная.
– А то Ксюша нормальная, – тут же прилетело мне в ответ.
– 1:1
– Ты чего приперся?
– А то сам не знаешь. Ксюху привез. Вон, стоит с друзьями общается.
Тут объявили результат заезда. 98,2 балла, один из лучших. Ника направилась к сбору участников, а Волков, наконец, выдохнул. Я сейчас был благодарен Богу, что Ксюша находилась в положении, и кольцо с гонками пока были под запретом.
– Это всё? Или еще будут заезды?
– Еще парные будут.
– Я смотрю, ты уже втягиваешься.
– Приходится. Кстати, вы походу с Нестеровой свадьбу зажали, – я рассмеялся.
– Не, не зажали. В феврале распишемся.
– А чего так?
– Воля королевы, а холопу приходится лишь подчиняться, – Игорь рассмеялся. – Если серьезно, то у Ксюши проект какой-то на работе. Сдает в конце месяца. Вот со следующей недели и начнет искать платье. Как я понимаю, это у них долгий процесс.
– А то. Ника месяц искала, если не больше.
***
– Лавров, отвали! – Ксюша вышла из машины и со злостью хлопнула дверцей, направляясь к дому Ники.
– Ксюша, отдай мороженое, – тут же раздалось ей в след.
– Ты двинулся! У тебя крыша едет! Уже слышу, как ставни хлопают!
– Сразу слышно, Ксюша с Денисом приехали, –произнесла Ника, обращаясь к мужчинам, сидящим на диване в гостиной, услышав крики, доносившиеся со двора.
– Ник, скажи этому дебилу! От того, что я ем мороженное, ребенок не простынет, – произнесла Ксюша, залетев мини ураганом на нашу кухню
– Ты ешь его килограммами! – раздался следом бас Дениса.
– Да хоть ведрами. Лавров, не может ребенок простыть у меня в животе. Ты – идиот, – услышав их перепалку, Игорь с Артёмом разразились хохотом на весь дом. – Вразумите хоть кто-нибудь его. Он достал уже меня. Мало того, что у нас теперь почти нет секса, потому что, по его разумению, это повредит ребенку. Так теперь еще и мороженное отбирает, – не успев отсмеяться от предыдущей фразы, Игорь с Артемом снова начали смеяться, вытирая выступившие слезы.
– М-да, Лавров, – протянула Ника, посмеиваясь и окидывая Дениса удивленным взглядом.
– Ник, я уже боюсь рожать. Вдруг он вообще башкой тронется, как ребенка увидит.