– Неужели тебе не жаль беднягу? Ты же фактически оставил его на произвол полиции!
– Конечно же, мне жаль всех, с кем я поступил плохо. Но сейчас тебе важно понять одно: выживает сильнейший. Я лишь ищу способ удовлетворить своё эго, чтобы остаться на свободе, продолжая своё безумие. Таков я. К тому же, не будь я столь эгоистичен, мы сейчас ехали бы на полицейской машине, а ты получил бы свой первый судебный приговор, когда нас всё же поймали бы.
Любой дальнейший спор с этим человеком, впрочем, как и всегда, был бесполезен. Он умел убеждать людей не меньше, чем упрямо отстаивать свою точку зрения. Я не стал спрашивать ни о наших дальнейших планах, ни о пункте нашего назначения. В моменты проявления эго и безграничной философии, моего друга лучше не трогать, в чём я уже убедился однажды.
Порядка трёх-четырёх часов мы ехали по дороге, преодолев примерно две с половиной сотни миль, чтобы вернуться в штат Невада и попасть в город, где люди проигрывают целые состояния. За окном уже наступила ночь, когда мы приехали в город казино – Лас-Вегас.
Кажется, я уже неоднократно упоминал ранее о моей любви к вечерним городам. Город покера и рулетки не стал исключение. Не знаю почему, но есть что-то манящее в темноте ночи и вечерних огнях, есть нечто неповторимое в звёздном небе, хоть я и являюсь в некоторой мере астрофобом.
Трудно представить этот мегаполис с огромной прибылью от туристов и азартных игроков в далёких семидесятых, когда о небоскрёбах, да и о казино в общем-то, не могло быть и речи. Но всё же к тому времени существовали места, где спокойно можно было проиграть все свои деньги и сбережения, без шанса когда-либо увидеть их вновь.
Стоило мне увидеть первое казино на горизонте, как я тут же неосознанно воскликнул:
– Я вижу казино! Скорее, поехали туда!
– Придержи свои амбиции. Я здесь не особо желанный гость.
– Это почему же ещё?
– Просто эти игроки толком не умеют играть в покер и скрывать своих эмоций, чем я всегда умело пользуюсь. После того, как несколько заведений подряд потеряли в сумме более двухсот тысяч долларов, меня перестали любить все казино города.
– За такое богатство можно купить целое состояние, обеспечив себе почти что безбедную старость.
– Конечно, я знаю, что ты с трудом поймёшь то, что я сейчас скажу, но деньги, да и любые материальные ценности в целом, – ничто по сравнению с богатством души. Я счастлив, находясь в дороге и знакомясь с новыми людьми. Мне не нужно богатство. Ты сам однажды сказал, что у меня нет ничего, но одновременно есть всё.. Для меня деньги – лишь бумажки с нарисованными на них картинками и цифрами. Ведь чтобы затеять что-то великое нужна фантазия, а не толстый кошелёк.
– Так где же ты дел свой выигрыш?
– Часть ушла на покрытие долгов. Несколько тысяч я потратил на себя и самосовершенствование. Часть денег я отдал людям, которых знаю, в том числе и моему отчиму, хоть он и был им лишь короткое время. Оставшиеся деньги я отдал на благотворительность людям, вроде Стива из Денвера или детям в Африке.
Никогда бы не подумал, что человек, которого за полсотни дней я старался понять, и который ещё несколько часов назад повёл себя столь эгоистично, способен на большое добро. Так кто же он? Оптимист? Человек с добрым сердцем? Безумец? Нет, он так и оставался всё тем же человеком-загадкой.
Но всё-таки мы пожаловали в одно казино, хоть оно и не имело официальной лицензии. Иначе говоря, мой товарищ привёл меня в подпольное заведение с сомнительной репутацией. Это были несколько комнат, полностью погруженные в дым дорогих сигар, смешанный с дымом от дешёвых сигарет. По одному только запаху легко было определить, кем являлись постоянные гости. Достаточно было лишь однажды заглянуть внутрь, чтобы догадка о контингенте подтвердилась. Все занимались чем угодно и как угодно: кто-то играл в «Однорукого бандита», одновременно принимая наркотики, кто-то был занят покером, не открываясь от алкоголя, а кто-то курил одну за другой сигарету, когда ставка не совпадала с числом рулетки.