Выбрать главу

Наверно, это в крови. Обожать опасность, скорость. Понимать свое превосходство. Испытывать адреналин – это как наркотик. Тебе всегда будет мало. Тебе всегда хочется еще и еще.

Альбина не испугалась за себя в этой ситуации. Она переживала только о том, что Вадим может получить увечья и побить машину. Ей хотелось немедленно самой сесть за руль и начать гнать на всех парах, объезжая встречные машины и препятствия. Нет, она не могла просто так уехать отсюда. Она не могла снять свою кандидатуру с конкурса и взять билет на поезд. Альбина обязана была, во что бы то ни стало, вновь встать в строй.

-Можно мне за руль? – Попросила она.

-Нет, ты только что попала в аварию, а тебе уже руль подавай. Извини, конечно, но нет.

-Жадина. – Надула гуды Альбина.

Он улыбнулся, но ничего не сказал. Остальной путь до отеля прошёл в молчании. Но оно не напрягало. Наоборот, с Вадимом приятно было и помолчать. Тишина в салоне не угнетала. Наоборот, приносило некую умиротворенность.

Наконец, когда они приехали, Вадим помог Альбине выйти из машины и проводил до номера.

-Мне, наверно, пора. – Сказала Альбина и хотела уйти, но Вадим остановил её.

Он притянул девушку к себе и поцеловал. Его мягкие губы с удивительной нежностью и настойчивостью накрыли губы Альбины. Она прижался к ней всем телом. Альбина почувствовала, что он хотел бы большего, но он отступил и пошёл к своему номеру.

Альбина ещё немного постояла, а потом вошла в свой номер. Девушка закрыла дверь и прислонилась к ней спиной. И всё-таки она влюбилась. Он был такой необыкновенный, красивый, умный и вообще он самый лучший. Альбина прошла в комнату, сняла плащ, ботинки и зашла в ванную. Еще в машине Вадим вручил девушке пакет со всеми лекарствами и бинтами и объяснил, что и когда принимать. Альбина сменила повязку на голове и выпила по списку таблетки, который прилагался в пакете. Затем она подошла к холодильнику. Оттуда вытащила яблочный сок и налила себе в стакан. Потом села на диван, включила телевизор и сделала глоток. Сок заметно поднял ей настроение, она уже забыла о Лизе, Никите и вообще обо всех неприятностях. Она думала только о Вадиме, о его небесных глазах, мягких губах, и как он смотрит на неё, когда провожает, когда спасает её, когда целует её. Она полностью погрузилась в образ Вадима, пока не услышала звонок телефона. Альбина посмотрела на дисплей, звонил Сашка.

-Как это произошло? Ты в порядке? – Сходу начал он.

-Откуда ты знаешь про аварию?

-Мне позвонили из комитета. Они видели, как машину забирали на эвакуаторе, сразу позвонили мне. Что с тобой?

Хорошо, что Вадим позаботился об эвакуаторе. На это у Альбины просто не было сил.

-Уже все хорошо. Просто немного не справилась с управлением. Мне помогли, уже все хорошо. Переломов нет, только небольшое сотрясение мозга.

- Гена и Антон посмотрели автомобиль. Машина не подлежит быстрому восстановлению, да и дешевле будет купить уже новую. Что будем делать с гонками?

-Я могу участвовать, но нет транспорта.

-Я подумаю, что можно с этим сделать. А ты будь готова к тому, чтобы в любой момент сесть за руль.

Он отключился. Тут же девушка услышала какие-то звуки в коридоре. Она встала с дивана и вышла в коридор. Та картина, которую застала она, наверно навсегда останется у нее в памяти. В коридоре стояла Лиза над какой-то девушкой. Альбина подобралась поближе к девушкам и спряталась за стенку. Она достала телефон и начала снимать на камеру. К сожалению, качество оставалось желать лучшего, но саму суть телефон улавливал.

-Ты сегодня же вылетишь из конкурса. А завтра уезжаешь из Ярославля.

-Нет. – Слабым голосом ответила девушка.

-Что? Ты смеешь мне перечить! Я вообще тебя убью, если завтра здесь увижу.

Лиза пнула ногой девушку, развернулась и направилась в сторону Альбины. Она спрятала телефон, но не выключила камеру и ещё сильней вжалась в стенку, но Лиза увидела её. Она остановилась рядом с Альбиной, и, не удостоив взглядом, сказала:

-Подслушиваешь, не хорошо.

Альбина, так и стоящая со стаканом полным сока, в тот момент ненавидела настолько Лизу, что ей стало плевать, что она может сделать, потому что, в сущности, Лиза не представляла собой ничего стоящего.