—Она тебя бесит, потому что ей нравлюсь я, а в твои планы это не входит, ты хочешь свести меня с какой-то очередной своей подругой –умницей-красавицей. — Взявши ее за руку, он посмотрел на нее печальными глазами мопса. — Настя, конечно, ты меня любишь всеми фибрами своей души, иначе не возилась бы со мной. Ты — мой самый лучший друг, но я не хочу обсуждать сейчас наши отношения с Машей. И я тоже тебя люблю.
— Всеми фибрами души? – теперь уже Настя смотрела на Димку глазами мопса.
— Всеми — поцеловав Настю в лоб, Дима положил ее к себе на колени и стал гладить по волосам. – Я боюсь, что когда-нибудь перейду грань и сделаю тебе по-настоящему больно, Настя. В последнее время я стал спокойнее, приступов долго не было, но мы встретились с Полиной, зашли в кафе, а дальше все по стандарту. Я выпил зачем-то и забыл выпить таблетки.
— Опять эта твоя Полина. Где вы уже умудрились встретиться на этот раз? Она, кстати, тоже меня бесит.
Настя уже начала улавливать взаимосвязь между приступами и встречами с этой Полиной. Гербер с Настей между собой называли ее муреной, так как она была мерзкой, злобной, некрасивой (сугубо по их скромному мнению), очень пакостливой особой. Оскорбили бедную рыбку, в общем, сравнив ее с этой Полиной.
Но правда, очень уж часто Титов стал встречаться с этой муреной. Может она специально его вылавливает?
—В супермаркете столкнулись. С ней я сам разберусь, не бери в голову. Надо с папой разобраться как-то. Завтра у твоих изображаем максимальную любовь.
— Ты смотри не переиграй, герой-любовник. Это мои уши развесят и будут любоваться, а Вадим Алексеич у тебя очень наблюдательный. Все должно быть гармонично — Процитировала Настя реплику из своего любимого сериала.
— А по поводу твоего самоконтроля, Дим, я в тебя верю, правда. Вчера ты был еще очень сдержанным по сравнению с предыдущими экзекуциями, так что прогресс на лицо. Все будет хорошо, Димыч. Я уверена. Да и сама я виновата, если бы я тебе оказывала сопротивление, а не стояла как фонарный столб, еще неизвестно, кто был бы битым. — Настя улыбнулась и снова положила голову на плечо друга. — Нас с тобой свела судьба: два неврастеника с отсутствием совести.
— Что бы я без тебя делал, мой неврастеник? – Димка тоже облокотил свою голову о Настину.
— С Машей своей трахался бы уже давно. Или этими божественными чебуреками ее кормил. — От одной этой мысли Настю аж передернуло. Чем-чем, а чебуреками он больше всего не хотела жертвовать.
— Вот мне и кажется, что ты терпишь меня именно из-за еды моей мамы, проглот. А то люблю, люблю, аж смешно. — Передразнил ее Димка.
— Еда твоей мамы – это добрый такой плюсище в твою пользу, Титов. С нее-то все и началось, помнишь?
Димка улыбнулся. Значит помнит.
В самом начале их знакомства, когда Настя еще сомневалась начинать с ним театр под названием любовь или нет, Димка позвал ее к своим родителям. И чем они угощали их с Димкой? Конечно же чебуреками Лидии Васильевны. Больше сомнений у Насти не оставалось.
— Ну я и говорю, проглот. За еду даже с психом жить будет. — Видно Димка сильно переживал из-за вчерашнего. Психом за день раз сто себя назвал. Хотя до вчерашнего гордился, то поборол свои приступы. — Знаешь, пусть пока все идет как идет. Мы поймем, когда остановиться.
Они так и продолжали, обнявшись сидеть на качелях, смотря на пруд. Но каждый думал о своем.
Глава 7
Выходные пролетели очень быстро. Все это время Настя думала о понедельнике, хотя всем своим видом давала понять всем вокруг, что понедельник ее вообще не заботит, что она даже не нервничает. Не сказать, что это было просто, но она старалась. Вроде бы, у нее даже получалось, по крайней мере, никто не задавал ей лишних вопросов на эту тему. Только бедной Юльке пришлось слушать ее нытье в воскресенье вечером.
—Да успокойся ты уже! Может он даже совсем не противный, как ты говоришь. — Успокаивала ее Юлька. — И с чего ты взяла, что он выскочка, хам, мужлан и придурок или как ты там еще его называла за последние 5 минут?
— Я уверена, что он выскочка! При чем, пафосная выскочка. В Москве он работал, видите ли. Бизнес у него там свой! Ну так и сидел бы там со своим бизнесом. — Не унималась Настя.