Романов: «Ты решила сделать вид, что этого утра не было, значит ночь ты не отрицаешь. И я уверен, все ты помнишь. Сними с себя ВСЮ одежду, и голая ляг на кровать.»
Приказывает еще. Но самой себе Настя не могла не признаться: ей это нравилось. Нравилось и то, что написал в принципе, и то, что написал по сути.
Анастасия: «Ванна подойдет?»
Настя хотела уже отправить сообщение, но подумала и быстренько набухала пены в воду, красивенько улеглась, сфотографировалась и выбрала функцию «прикрепить фото» в мессенджере. И отправила.
Романов ее сообщение получил и прочитал, так как зажглись две галочки, дай бог здоровья тому человеку, кто эту функцию придумал, но ответа от него не было. Настя занервничала. Что не так-то? Может с фотографией она погорячилась? Настя снова открыла фотографию. Довольно неплохо получилось. Голова откинута на край ванны, пена красиво скрывает что не нужно, и открывает вид на то, что нужно, делая фотографию эротичной, а не пошлой. Правую грудь Настя сжала рукой, визуально делая ее больше, а набухший сосок левой слегка торчал из-за толстого слоя пены. Левую ногу она согнула в коленке и тоже открыла взору Романова.
Через пару очень долгих минут мессенджер сообщил, что «Романов печатает…». У нее аж от сердца отлегло.
Романов: «Ты же одна?»
Блин, он же думает, что она изменяет с ним своему парню. Как она не подумала-то об этом, господи.
Ладно, пусть так и думает. Настя была уверена, что в понедельник он о ней и не вспомнит как о девушке. За то время, что они работают вместе, он сменил не одну женщину. Не то чтобы она специально интересовалась, но девочки, работающие с ними в одном здании, Романова сразу заприметили и делились своими подвигами по его завоеванию друг перед другом в туалете. Слушать это Насте было, конечно, тошно, но естественные потребности никуда не денешь.
Анастасия: «Разумеется»
Романов: «Положи телефон рядом с собой и включи голосовой набор сообщений. А затем поиграйся со своими сосками. Представь, что это мои руки их нежно ласкают, дразнят то сжимая, то снова лаская. А потом одну свою руку я заменяю своим языком… и зубами»
Ишь ты, какой сообразительный. Наверно отработал уже схему по обольщению наивных дур.
Тут она призадумалась. Ведь свою голою фотографию она ему отправила 'с лицом' так сказать. В плане конфиденциальности она Романову доверяла на сто процентов. Хоть и интуитивно, но доверяла. Ни на секунду не задумалась, хотя раньше очень осторожна была в этом плане.
Стоит отметить, что виртуально поиграть Настя очень любила. И у неё уже были наработанные практикой и подсмотренные в интернете лайфхаки.
Из шкафчика она достала водонепроницаемый чехол для телефона, как раз для таких случаев приобретенный. Правда именно его она так ни разу и не использовала, так как с Димкой у них изначально с сексом не заладилось, а больше ни с кем и не хотелось пробовать.
Убедившись, что голосовые сообщения вводятся так как надо, она еще раз перечитала его сообщение.
Отложив телефон, Настя сделала так как велел Романов. Тело отреагировало моментально.
Снова пискнул телефон. В сообщении была одна фотография. Романов сидит на круглом кресле из ротанга с черной подушкой, без майки, со спущенными на пол штанами, и обхватывает рукой полностью готовый к плотским утехам член. Невероятно красивый член. А потом она заметила его взгляд. Даже на фотографии этот взгляд прожигал насквозь, подчинял, не давал права выбора.
Настя продиктовала сообщение, проверив перед отправкой напечатанный текст.
Анастасия: «Представь, как я стою перед тобой на коленях, как это было сегодня ночью, и медленно провожу языком по каждой вене на твоем члене, долго дразню тебя, лаская головку языком, иногда спускаясь ниже, а потом плотно обхватываю тебя губами. И снова дразню, помогая себе руками, иногда гладя, иногда слегка царапая тебя в нужных местах. Потом уделяю внимание твоим яичкам, лаская их языком, а моя рука сжимает твой член и двигается вверх-вниз. Оторвавшись от яичек, снова медленно провожу языком по всей длине, а дойдя до головки максимально глубоко заглатываю твой член и начинаю двигаться. Ты запускаешь руку мне в волосы, контролируя и задавая нужный тебе темп и глубину.»
Романов: «Господи, детский сад какой-то. Отшлепать бы тебя хорошенько.»
Романов: «Насладившись твоим потрясным минетом, я поднимаю тебя и тяну на себя. Хочу тебя сверху. Но пока не вхожу в тебя. Даю тебе пососать свои два пальца, а второй рукой сжимаю твою попку. Дразню тебя и жду момента пока ты не начнешь меня умолять оттрахать тебя хотя бы пальцами. Вхожу сначала одним, но тебе этого мало, ты извиваешься и просишь меня о большем снова. Заставляю тебя открыть глаза и смотреть на меня. Ввожу тебя второй палец, сгибая их начинаю доводить тебя до безумия, но в последний момент, когда одна секунда, одно мое движение отделяет тебя от оргазма, я убираю свои пальцы, не давая тебе кончить. Не заслужила.»