Настя слышала стук маминых каблуков за стенкой, а такое ощущение буд-то у себя в голове. Романов ей что-то говорил, но она не слышала. Поняв, что он пытается ее стащить и поставить на ноги, Настя резко вырвалась, поправила трусики и платье и извинившись перед Романовым, выбежала из уборной.
— Они сказали, что с ним? Он…он же жив, да? Все будет хорошо? — Скрипучи голосом спросила Настя, подбегая к родителям.
Голос не слушался. Руки не слушались. Настя не знала за что ей хвататься. За телефон на столе или за сумочку на стуле. Кто-то схватил ее за руку. Мама. Это мама схватила и сжала ее кисть своими руками. Она всегда так делала. В детстве Насте это помогало. Она сразу переставала всего бояться и нервничать.
— Папа, отвези меня, пожалуйста. — Всхлип.
— Настюша, мы без машины. Но я вызвал такси. — Папа сейчас наверно нервничал даже больше, чем она. Видно было, что он очень переживал за свою дочь.
Господи, почему такси. Такси долго. Димка там один. Она ему нужна, Настя точно это знала. Она чувствовала. Она не могла ждать такси.
— Я отвезу. — Донесся спокойный, но уверенный голос Романова.
Настя даже спорить не стала. Кивнув в благодарность, побежала к его машине, слыша объяснения папы куда именно надо ехать Романову.
— Я позвоню, как только что-нибудь узнаю. Не говорите пока его родителям. — Крикнула своим Настя.
Усевшись в машину, Настя принялась подгонять Романова, хотя прекрасно понимала, что загруженность дорог от него не зависит.
В руках она теребила ремешок от своей сумочки и тупо смотрела в окно. Когда они окончательно стали в пробку, ее мозг стал потихоньку раскочегариваться. До нее дошло, что Димке можно позвонить. Может кто из докторов ответит.
Трясущимися пальцами она набрала его номер. С замиранием сердца она слушала гудки. Потом еще раз слушала. И еще раз. Потом ей ответили.
— Настя, здравствуйте… это Маша. Я уже в больнице, Диму врачи увезли. Пока ничего не сказали.
Настя начала судорожно соображать, что за Маша такая.
— Я его психолог. Он Вам рассказывал про меня.
Ах, психологиня. Оказывается, он там не один.
— Он просил Вам позвонить, Настя. — Видно, как психолог она поняла причину Настиной заминки. Но сразу продолжила. — Он был в сознании и видимых серьезных повреждений не было.
Настя услышала тихий всхлип — психологиня плакала. Насте даже жалко её стало. Страшно, когда твой любимый человек может умереть в любую секунду, а ты ничего не можешь сделать.
— Все будет хорошо, Маша. Мы скоро приедем. — Настя тоже заплакала.
Настя отключила телефон и сжала его в руке. Немного успокоившись, все-таки в полной неизвестности ей было гораздо хуже, чем сейчас. Она откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. В тишине было слышна тиха работа двигателя и громкое злобное сопение Романова. От осознания, что он ее ревнует она улыбнулась уголками губ. Ну насколько это было возможно, конечно, в данной ситуации.
В детстве, когда она очень чего-то ждала, она начинала с закрытыми глазами считать конфеты и представлять, как все их съест потом, когда дождется того, чего ждет. Этим она занялась и сейчас.
Через некоторое время, когда количество конфет превысило добрую сотню, она почувствовала, что они поехали наконец-таки. И довольно резво.
Романов рядом, хоть молчаливый и злой, ее успокаивал. Ей было легче рядом с ним. Даже просто сидеть и считать конфеты в уме. Она очень благодарна ему, что он взялся отвезти ее к ее парню, как он думает. Не каждый мужчина так поступит, Настя была уверена в этом. В эту секунду она четко осознала, что Романов заслуживает знать правду.
Настя открыла глаза. Увидев, что к больнице они подъедут через пару минут, она глубоко вздохнула и выдохнула.
— Миша… Он просто друг. — Язык все еще плохо слушался, так что ее голос был очень тихим.
Но Романов услышал.
— Кто? — Непонимающе посмотрел на нее Романов.
— Димка. Между нами ничего нет. Мы просто делаем вид, что у нас отношения. Из-за наших родителей.
Романов резко втопил педаль тормоза в пол. Взгляд, которым он посмотрел Настю, сложно было описать. Но преобладающим в нем было охреневание.
Настя осмотрелась и поняла, что он остановился как раз у центрального входа.
— Миш, спасибо тебе большое! Правда. Без тебя мне было бы… сложно. — Настя уже хотела выпрыгнуть из машины, но остановилась. Повернувшись, она обхватила все еще невдупляющего Романова за голову и вжалась в его губы поцелуем. — Я была только с тобой, Миша. А сейчас езжай домой, пожалуйста. Не надо меня ждать.