А нет, спасение их жопок от придурочного маньяка не прошло даром, и Титов вырос в ее глазах с "психа недоделанного" просто в "ненормального", что уже было небывалым прогрессом, и они могли сосуществовать в одном пространстве. Это ли не счастье?
— Месяца через два-три он все равно узнает, мне кажется. — Подруга перестала сосать коктейль через трубочку и обреченно уставилась на подругу. — Ты можешь сказать, что тебя беспокоит? Тебе категорически запретили волноваться, чуть в больницу не упекли, а ты сопли разводишь на пустом месте и рискуешь жизнью своего же ребенка. Вот за что ему бедному такая мать досталась, не понятно!?
Как бы Настя хотела, чтобы место оказалось пустым. Но что-то точно было не так и она это чувствовала. А раз Юлька полезла к ней с расспросами, то пусть теперь слушает.
С Мишей они встречаются уже чуть больше года и до какого-то момента все было прекрасно. Ну как прекрасно, ссорились они, конечно, часто, особенно первое время, но зато и мирились бурно. Настя иногда даже выдумывала поводы для ссор, уж больно нравился ей их примирительный секс.
Но последние недели две или три Миша стал… странным. И вроде все как всегда, но он постоянно в своих мыслях, все время с кем-то переписывается, когда думает, что она не видит, иногда даже улыбается глядя в экран, задерживается на работе, отправляя ее домой на такси.
Настя была уверена, что он ей не изменяет, он бы точно так не поступил, ну или признался бы сразу. А до проверок телефона и не дай бог слежки, она не опустится никогда.
А неделю назад она узнала, что беременна. Удивлению ее не было предела, поскольку она пьет противозачаточные и пропустила всего пару дней, когда они с Машей и Юлькой решили втроем выбраться на природу.
Один из Машкиных клиентов, счастливый обладатель турбазы на берегу озера, отблагодарил ее бесплатным викендом на той самой базе. Их мальчики по разным причинам поехать не смогли, и подруги радостно решили устроить себе девичник.
Вот Настя и забыла тогда таблетки, но решила зачем они ей нужны, раз секса не предвидится. Но их мужчины решили устроить им сюрприз и всем скопищем завалились на базу ближе к вечеру. Ну а там уже было не до таблеток.
"От одного раза все равно ничего не будет" подумала тогда взрослая двадцати шестилетняя женщина. Но с Настиным везением по жизни так думать, а главное делать, конечно, было преступлением.
Конечно, она уже любит этого ребенка. Настя почти уверена, что будет мальчик с папиными серо-голубыми глазами и маминой улыбкой.
Она уже стала придумывать ему имя и какая детская у него будет, в какой детский сад он пойдет и какой институт окончит. Глупо, конечно, она понимала, что не о том думает, но не могла перестать воображать каким будет ЕЕ с Мишей ребенок. Подумать и срашно, и радостно, что скоро она станет мамой, а Миша папой.
Она кстати пару раз все-таки попыталась ему рассказать о беременности. Но сначала хотела выяснить, что вообще между ними происходит, но он лишь отшучивался и говорил, что все в порядке и, как обычно мило поцеловав ее в нос, куда-то убегал.
— Вот такие пироги, Гербер. Мне вообще кажется, что он скоро меня бросит. — Настя взяла свой безалкогольный мохито и понуро стала представлять, что он алкогольный. — Поэтому я и не хочу пока говорить про ребенка. Миша у нас мужчина ответственный, с ребенком меня точно не оставит. А мне так не надо!
Юлька заметно напряглась и уже что-то хотела сказать, но неожиданно на них обрушились холодные мокрые тела, а затем подхватили на руки и брыкающихся затянули в воду.
***
Уже вечером Настя крутилась перед зеркалом в одном белье, раздумывая чтобы такое надеть на незапланированную поездку в город, на которую подбили их Миша с Лаевским.
Практически вся одежда, привезенная Настей с собой, состояла из новых платьев, которые покупались специально с расчетом на легкий доступ Романова к ее телу. Вот Настя и не могла решить на чем сделать акцент сегодня: на ногах или на груди.
— Замышляешь какую-то хитрость? — Прошептал Романов в Настину шею, обвивая ее талию своими крепкими загорелыми руками.
Мурашки мгновенно побежали по всему телу от такого неожиданного, но очень ожидаемого прикосновения.
— Не без этого, милый. — Настя попыталась хитро улыбнуться, разворачиваясь в Мишиных объятиях и зарываясь пальцами в его волосах и вдыхая его запах.
Миша уже был одет и выглядел потрясно, стоит признать. Белая рубашка с закатанными рукавами открывала вид на ее любимые руки, а бежевые джинсы плотно обтягивали бедра, благодаря чему она уже чувствовала твердый член, упирающийся ей в живот.