Пошло оно все к черту! Она сейчас же все выяснит.
— Скажи, что происходит у нас последнее время? Ты хочешь со мной расстаться? — Настя решила, что выяснять отношения в машине при русскоговорящем водителе не стоило, поэтому задала свой вопрос в лоб, когда они уже вылезли из такси у самого ресторана, и Миша упорно тянул ее внутрь.
Романов замер и по уже устоявшейся традиции Настя впечаталась в его спину, снова оценив, как божественно он пахнет. Нюхала бы и нюхала всю жизнь.
К хорошему быстро привыкаешь, за год отношений она уже и забыла какое это счастье – Романов. Точнее, помнила она прекрасно, но привыкла и стала воспринимать как должное. А зря!
"Никто тебе ничего не должен в этой жизни", так всегда говорит ее папа. Правильно говорит, мудрость прожитых лет дает о себе знать.
Кстати, папа совсем не удивился, когда узнал, что они с Мишей вместе. Но потом оказалось, что мама его заранее настроила, чтобы их с Романовым признание в своих чувствах родителям прошло в менее эмоциональной форме. Так и жили, родители от Миши были в восторге, мама вообще в шутку всегда говорила "смотри, не упусти, веди себя хорошо".
Она очень остарается не упустить, ведь любит его безмерно!
— Настя… — Он словно припечатал ее взглядом к стенке, хотя никакой стены за ее спиной не было. Но ощущение было именно такое.
Он ничего не говорил, просто смотрел на нее своими серыми глазами, выворачивая всю душу на изнанку. Даже на пиликающий телефон взгляда не оторвал, что было очень странно. Ей даже показалось, что он просто не знает, что сказать. И Настя любезно решила ему помочь в этом…
— Учти, я тебя просто так никому не отдам. — Ну а что, за свое счастье нужно бороться. — Можешь переписываться с кем хочешь. То есть не можешь, конечно, я не это имела в виду…
— Пойдем! — Романов, не дожидаясь конца ее пламенной речи, снова за руку потащил Настю в ресторан, не обращая внимания ни на какие ее охи-вздохи.
Он что, разозлился? Он? Это она должна злиться, пыхтеть и тягать его за руки в бешенстве!
Когда он затащил ее в ресторан, первое, что Настя увидела, это огромное окно в пол на всю стену, и вид на закат, безграничное море, волны которого бились о скалы, и летающих чаек, прямо возле этого окна.
Господи, да она жила бы в этом ресторане! Когда-нибудь они с Мишей обязательно купят себе домик у моря, ну или озера на крайний случай, сделают такое же окно и будут радоваться старости, каждый день наблюдая за закатом.
— Я же говорил, что ей понравится! — Выкрикнул кто-то голосом Титова.
Сначала Настя подумала, что ей показалось, но переведя взгляд в сторону шума, она действительно увидела Титова с Машей. А потом и маму с папой, маму Романова, Димкиных родителей, некоторых Мишиных друзей, Егора с Гербер, Зазу с Ксюшей… да кого только не было!
Откуда они все здесь?
Настя в недоумении обернулась к Мише, может хоть он в курсе, что происходит.
О, похоже, он был в курсе.
— Выходи за меня замуж! — Романов не спрашивал, он скорее утверждал.
Он стоял на одном колене с потянутой коробочкой, внутри которой сияло кольцо, и сердито на нее смотрел, ожидая хоть какой-то ее реакции.
А Настя даже пошевелиться не могла, не говоря уже о том, чтобы то-то сказать.
Замуж? Серьезно?
Все это время он готовил ей сюрприз, а она понапридумывала всякой ерунды и чуть ли скандал не закатила? О боже. Полная дура – ее второе имя!
— Вражевская, не томи уже, а! А то народ нервничает. — Снова заорал Титов, но судя по невнятному вяконью, тут же получил Машиным локтем по ребрам. За что ей отдельное спасибо!
— Настя… — Уже более настороженно поторопил ее с ответом Романов, наверняка он рассчитывал на более бурную и радостную реакцию.
А Настя стояла как столб и не могла пошевелиться. Слезы, рвавшиеся весь день наружу, наконец пробились на свободу и текли уже ручьем. Только сейчас это были слезы безграничного счастья и радости.
— Даааа! Конечно же да!!! — Пропищала она, подкрепляя свое согласие киванием головы, когда Романов надел ей кольцо на безымянный палец и чертовски нежно поцеловал ее руку.
За их спинами раздались оглушительные аплодисменты, посвистывания, различные выкрикивания поздравлений, шуточек за триста от Титова и много чего еще, но ни Настя ни Миша их не слышали, упиваясь и наслаждаясь друг другом.
— Романов, я беременна. — Прошептала она в его объятиях.
Насте пока не хотелось, чтобы кто-то другой это слышал. Пусть здесь и собрались ее самые близкие и родные люди, но эту новость она хотела разделить только с ним. И очень надеялась, что он обрадуется.