Я заволновалась, тройки и двойки мне сейчас были не нужны. Наконец, я посмотрела на лист и увидела там следующее: «(4 2):2=3»
-«Что»- подумала я. – «В смысле, за что?»
Я подняла руку, чтобы узнать причину, ну тут же услышала рявканье Анны Николаевны, по-другому это назвать нельзя.
- Всё вопросы после урока, Некрасова, если ты до сих пор не запомнила.
Я глубоко вздохнула и стала терпеливо ждать конца урока. И вот прозвенел долгожданный звонок. Я запихнула все вещи в сумку и подошла к столу учительницы.
- Анна Николаевна, можно узнать, почему у меня вот такая странная оценка.
- А что здесь странного. Ты написала на 4, но со второго раза, то есть за первый тест 2, за второй 4, среднее арифметическое 3. Оценка 3.
- Но ведь это вы не дали мне первый раз дописать. – сказала я, стараясь сдерживать слёзы.
- Я? Тебе напомнить, как ты себя вела? Скажи спасибо, что я тебе вообще дала переписать, а то сейчас стояла бы «2». Всё иди, мне некогда тут с тобой.
Я вышла, нет вылетела из кабинета. В коридоре меня ждала Яна.
- Я ненавижу её! Не-на-ви-жу! Её место в будке для собак на цепи и с намордником.-выпалила я. – Хотя нет, как её можно сравнивать с таким преданным животным. Такие, как она, должны быть изолированы от социума и заперты в помещении с себе подобными.
Кажется, Яна всё поняла.
- И не говори… - добавила она.
- Ладно идём на историю.
Перемена прошла, и настал этот скучный урок. Я сидела в телефоне, больше делать мне было нечего, хоть как-то отвлеку себя от всей этой ситуации. Телефон стал вибрировать, на экране высветилось «Бабушка».
«Надеюсь ничего серьёзного, и это может подождать до перемены». – подумала я, и телефон снова завибрировал. Внутри всё сжалось от страха.
«Наверно нужно ответить». – пронеслось в голове.
Я подняла руку:
- Вероника Алексеевна, можно выйти?
- Да, конечно.
Я взяла телефон и покинула класс.
Встала возле окна, и дрожащими руками набрала номер бабушки.
Гудки, мне казалось, они длятся целую вечность. Наконец, на том конце раздался голос бабушки.
- Николечка… - какая-то пауза, да и голос бабушке мне показался странным.
Меня охватил ужас.
- Николечка… - вновь раздалось на том конце. – Дедушка умер.
Телефон выпал из рук, внутри всё сковало, стало трудно дышать, я перестала что-либо понимать:
- Нееееет! – заорала я не своим голосом, наплевав на то, что я сейчас в школе, и на то, что здесь идут уроки. Для меня больше ничего не существовало, мир рухнул.
Я упала на колени и завыла. (по-другому и не скажешь).
В коридор выбежала ничего непонимающая Вероника Алексеевна.
- Николь, что-то случилось?
Я не могла ничего ответить и только трясла головой.
- Николь, ты меня слышишь?
И тут я поняла, мне надо срочно домой.
- Дедушка… Он умер… Мне… Мне надо домой. – я не могла связать слова, мысли путались.
Вероника Алексеевна скрылась в кабинете и через несколько секунд появилась с моим рюкзаком.
- Беги давай, я предупрежу классную.
Я не помню, как я выбежала из школы, не помню дороги домой.
«Всё это не правда. Это злая шутка, пожалуйста, пусть это будет шуткой. Наверное, мне всё почудилось, да я сошла с ума, у меня «едет крыша», у меня галлюцинации.»
Я свалилась на снег. Я стала задыхаться.
- Девушка, у вас всё хорошо? – спросила проходящая мимо женщина.
Но я молчала, молчала и глотала слёзы.
«Хорошо? Уже ничего не будет хорошо. Я лишилась своего любимого дедушки. Что вам надо от меня, вам всем? Его больше нет.»