- Не отвечай мне сразу, - мягко произнес Кайло. Он вообще был сегодня удивительно расслаблен. Впрочем, кажется, считал себя победителем заранее, а в данном случае можно позволить себе благородство спокойствия, - я дам тебе время подумать.
«У меня его нет!» - чуть было не сорвалось с губ. «Нет времени!» Но Рей промолчала.
- Рей, - продолжил тем временем Рен, - у них нет никаких прямых доказательств, а косвенные улики не имеют цены. Следствие буксует. Никто и никогда не докажет, что ты убила Шива…
- Считаешь, я это сделала? – резко перебила Палпатин.
- Мне все равно, даже если и так, - пожал плечами Кайло.
Рей вздрогнула от этой безоговорочной преданности, от готовности принять ее, чтобы она ни совершила. Это было жутко.
- Зачем? – спросила вдруг, - зачем снова? Кайло! - если бы могла вскочить и нервно пройтись по комнате, Рей бы это сделала, - зачем, черт подери?! Потому что свое ты не отдаешь никому?! Потому что ты так и не смирился с поражением?! Тебя это до сих пор задевает? Бьет по твоему самолюбию? Угрожает репутации? Святые угодники, Рен, почему мы снова и снова возвращаемся в эту точку времени и пространства, где ты ищешь какие-то пути к моему возвращению?!
Рен молчал. В его глазах застыло то самое выражение отчаяния и решимости, готовности пойти до конца, не разбирая дороги, продираясь через любые препятствия, оставляя на пути капли крови своей и чужой. Это была та самая абсолютная готовность свершить невозможное, не считаясь со средствами, ведь цель оправдает все. И целью была Рей. И когда он заговорил, Рей почувствовала, как в глазах предательски защипало.
- Я, наверное, так редко говорил это, что ты так до конца и не поняла. Рей.
Нет! Нет-нет-нет! Она не хочет слышать дальше! Не хочет! Но пальцы, сжимавшие трубку, свело судорогой.
- Я люблю тебя. И не могу без тебя.
Слова упали с оглушительным грохотом, погружая мир вокруг в хаос, сметая все барьеры на пути, заставляя Рей отереть слезы. Это было невыносимо каждый гребаный раз. Это чертово искушение поверить ему, сдаться ему, снова наступить на те же грабли. Эта неприкрытая нежность и страсть в его взгляде. Зависимость и одержимость. Любовь на грани. Нет! Хватит! Она не должна больше поддаваться слепым эмоциям, чувствам, совершать те же ошибки, что и восемь лет назад.
- Не отвечай мне прямо сейчас, - продолжил Рен, - тебе стоит просто сказать своему адвокату. И ты выйдешь отсюда в течение двадцати четырех часов.
Палпатин быстро отерла слезы. Ей надо было бы закричать: «нет!» Ей надо было бы устроить истерику и добиться того, чтобы ее увели отсюда, но вместо этого почти твердым голосом Рей спросила:
- И как союз с Таркином? Успешен и продуктивен? Он получает империю моего деда, ты получаешь меня. И все довольны и счастливы. Мир во всем мире! – насмешливо фыркнула Рей, - загнали меня в угол и думаете, что победили! Черта с два, милый!
Кайло хмыкнул.
- Я знаю, как ты можешь кусаться, когда загнана в угол, милая! – в тон ей ответил мужчина, - но сейчас тебе не дотянуться до меня.
- Это мы еще посмотрим! – сверкнула глазами Рей и повесила трубку, давая понять, что разговор окончен, желая пусть и таким образом, но оставить последнее слово за собой.
Кайло смотрел насмешливо. «Подумай», - произнес одними губами. Рей поднялась и развернулась к охраннику, протягивая руки для наручников.
И это был паршивый расклад. Оказаться между Сциллой и Харибдой Рей не планировала никак. Но плыла в бурном потоке, а с обеих сторон были чудовища. Расклад был чудовищным и как выиграть партию с такими картами на руках, Рей себе не представляла. С одной стороны Дуку с его покровителями, тюрьма или смерть. С другой - Рен с его предложением, свобода и новая зависимость. И в обоих случаях Рей теряет наследство деда, а его упускать Палпатин не хотела ни за что, как и свою свободу. И уж тем более не хотела терять жизнь. Поразительно, но Рей не знала, что пугает ее больше: возможность вернуться к Рену или сесть тюрьму. В голове все смешалось, извращенный страх, болезненная гордость и вывернутые наизнанку чувства уравнивали эти два пути. Стоило только представить, что Рей вновь окажется в руках Кайло, как накатывало отчаяние. Получается, что все было напрасно! Весь этот год летел псу под хвост! И если она вернется, то уже точно не сможет уйти. У нее не хватит сил. Нет. На это Рей не пойдет. Так что же тогда? Тюрьма? Или смерть? Должен быть выход! Ведь Одиссей сумел спастись в бурном потоке, пройти по узкому заливу! Ну да, пожертвовав своими товарищами. Рей нечего предложить чудовищу, кроме себя. А жертвовать собой Рей не хотела. Стоп. Палпатин даже села на жесткой кровати, напряженно вглядываясь во тьму. По стене полз свет от фонаря, словно вспышка озарения в ее разуме. Собой – нет. Но она может пожертвовать деньгами и империей Шива. Если она выходит отсюда, то получает наследство деда. И отдает его Рену как плату за то, что он вытащил ее. Да, она снова возвращается к исходной точке. Да, теряет все, что так отчаянно и жадно хочет сохранить себе. Да, после этого останется только исчезнуть, сбежать, выполнить изначальный план. Но она остается жива и на свободе. Рей даже улыбнулась, вздохнула с облегчением. Не может быть так, чтобы Рен не согласился. Рей была уверена, что сумеет убедить бывшего мужа. В конце концов, тогда Кайло станет почти единоличным правителем криминального мира Корусанта, займет место Шива, станет новым Императором этого города. От такого не отказываются. По крайней мере, Рей не отказалась бы.
восемь лет назад
Близилось Рождество, которое решено было встретить в кругу семьи. А у Рей на двадцать четвертое декабря был назначен последний и самый сложный экзамен. Иногда девушке казалось, что преподаватели ненавидят заочников, предъявляют к ним повышенные требования. Рей нравилось учиться, но совмещать сессию с предпраздничной лихорадкой, что царила в магазине Маз, становилось все сложнее.
Две недели назад Кайло уехал в Кореллию, и вот уже пару дней не выходил на связь. Рей сердилась, нервничала и переживала, но обрывать телефон мужа не смела. Он сам позвонит, когда сочтет нужным. Кайдел требовала от Рей, чтобы та принимала участие в составлении праздничного меню, да еще и дом украсила. Рей огрызалась и старалась не заснуть прямо на ходу. Ее первая сессия была чертовски сложной. Девушка срывалась на все и всех. В итоге Кайдел сама украсила их с Кайло дом, сама составила меню и лишний раз к Рей предпочитала не соваться. Рассудительная Фазма так и вовсе ушла в глухое молчание еще с того момента, когда Рей почти в истерике после первого экзамена влетела в кафе, где встречалась с подругами. Рен размахивала руками, громко возмущалась, опрокинула чашку с кофе и яростно огрызалась на все попытки утешить ее и успокоить. Маз выгнала Рей за три дня до последнего экзамена, ледяным тоном велела не приходить, пока та не приведет свои нервы в порядок. Но Рей не знала, как ей успокоиться. Слишком напряженной была учеба, слишком жгучей тоска по Кайло и слишком болезненным беспокойство о нем. Засидевшись далеко за полночь, Рей сама не заметила, как уснула, положив голову прямо на учебник. А проснулась от легкого стука двери и знакомых шагов за спиной. Щурясь от яркого света, обернулась, заморгала, прогоняя морок. Кайло стоял, глядя сверху вниз, на губах его была легкая улыбка.
- Ты вернулся, - расслабленно прошептала Рей.
Мужчина хмыкнул и присел на корточки, а Рей буквально упала на него, утыкаясь носом в шею, повисла на плечах, чувствуя, что снова проваливается в сон.
- Так скучала, - пробормотала девушка, вдыхая запах мужа.
- Я тоже, милая, - пробормотал куда-то ей в волосы Кайло и добавил небрежно, - дом красиво украшен.
- Скажи за это спасибо Кайди, - фыркнула Рей, открываясь от мужчины.
Кайло смешно фыркнул.
- Ты, говорят, тут на метле летаешь.