Лиам поправил свою стойку, сдвинувшись, так как мокрый снег намочил его колени. Снова посмотрел в прицел. Он мог сделать этот выстрел. Он может покончить с этим ублюдком прямо сейчас.
Светящиеся красные огни погасли. Мир стал черным.
Пульс бился в горле, Лиам оглядел местность. Он не видел ничего, кроме темноты. Никогда еще ему так остро не хватало очков ночного видения.
У него возникло искушение сделать несколько выстрелов в отчаянии, но они не имели смысла без четкой цели. Нужно беречь патроны.
Не высовываясь, он присел и бросился к джипу. Открыл дверь и заскочил в кабину. Он дрожал и вытирал снег с лица, глаз и волос.
— Это Пайк, — проговорила Ханна. И это был не вопрос.
— Да, это он.
Секунда тишины.
— Что он делает?
— Он думает, что ведет игру.
— Ему нравится играть. — Ее голос звучал так тихо, что Лиам едва мог ее расслышать. — Именно это он и любит.
— Я не играю в игры.
Голос Ханны стал напряженным.
— Что нам делать?
— Вы с Призраком остаетесь в джипе. У тебя есть пистолет. Я пойду за ним. Я покончу с этим прямо сейчас.
— Лиам…
Он уже держал руку на ручке двери. Лиам взглянул на нее.
— В чем дело?
Она рухнула на сиденье, задыхаясь. Руками схватилась за живот.
— Схватки.
Он замер.
— Что?
— Думаю… думаю я рожаю.
Глава 25
Лиам
День одиннадцатый
Лиам прокручивал в голове все наихудшие сценарии.
Снег падал все сильнее, большие плотные снежинки вихрились в двойном сиянии фар. Ветер трепал джип.
— Ты уверена?
— Сначала я подумала, что это ложные схватки. Поэтому ничего не сказала. Но это… — Голос Ханны резко оборвался. Она напряглась, сухожилия натянулись на ее шее. Снова говорить она смогла только сквозь стиснутые зубы. — Я уверена.
— Дьявол! — прорычал он. — Это так не вовремя.
— Знаю. — Она повернулась на своем сиденье, чтобы посмотреть ему в лицо. Влажные пряди волос прилипли к ее щекам.
Ее кожа казалась слишком бледной. Глаза — слишком яркими, зрачки расширенными. Ханна выглядела испуганной… и нездоровой.
— Что-то не так.
— Что это значит?
Она потерла свою искалеченную руку.
— У меня руку покалывает. Обе. И ноги тоже. Голова просто раскалывается от боли. — Она сглотнула. — И… и зрение продолжает расплываться.
Страх пронзил Лиама насквозь. Даже он понимал, что это не нормально для родов. Им стоило оставаться у ветеринара до тех пор, пока Ханна не родит. Но они оба хотели двигаться дальше. Ему следовало уговорить ее задержаться.
— Я думаю… думаю, это преэклампсия. Когда я носила Майло, в акушерском кабинете на стенах висели плакаты об этом. Высокое кровяное давление, тошнота, головные боли. Это то, что я помню.
Он ничего не знал о преэклампсии. Джесса бы знала. Она бы знала, что делать. Но ее здесь нет. Ее нигде больше нет. Они предоставлены сами себе.
— Это… преэклампсия. Это опасно?
Ханна посмотрела на него с неприкрытым страхом в глазах.
— Если ты спрашиваешь, может ли она убить меня, то ответ — да.
Он хотел сделать или сказать что-нибудь, чтобы ослабить страх Ханны, утешить ее. Но Лиам не силен в таких вещах. Он предпочитал действовать.
— Что мне делать?
Она вскинула свой хрупкий подбородок — маленький акт неповиновения тому, что вот-вот завладеет ее телом, природа проявляла свою волю, независимо от того, насколько это не вовремя или неудобно, или какую угрозу это представляло для матери.
— Нужно, чтобы оно вышло. Что бы со мной ни происходило, это прекратится, когда оно выйдет.
Позади них зажглись фары снегохода.
Лиам наблюдал за ними. Они не двигались. Они замерли, ожидая. Выжидали чего?
Он хотел отправится за ним. Все в Лиаме хотело покончить с…
«Она в опасности», — прозвучал голос Джессы в его голове. Он знал это.
— Мне нужно… где-то… отдохнуть. — Ханна не сказала «родить». Ни один из них не хотел произносить это вслух.
Но роды приближались, хотели Ханна с Лиамом этого или нет. Посреди снежной бури. С убийцей у них за спиной.
Это случилось и это не та вещь, которую они могли остановить.
Лиам сжал кулаки и проглотил разочарованный крик.
Все то, что бы он сделал будучи один, пытаясь прижать этого гада, Лиам не мог предпринять, когда Ханна находилась под его присмотром. Он обязан сохранить ей жизнь.
Он не мог оставить роженицу одну, пока охотился за убийцей. Им предстояло переиграть Пайка, как-то оторваться от него на всех этих проселочных дорогах. Они должны убегать.