— В моих руках доказательства. Жаль, что вы не можете их увидеть. Цель опытов, которые здесь ведутся, — изготовить для армии бактериологическое оружие.
— Насколько мне известно, подобное оружие и опыты по его производству запрещены международным соглашением, — говорит Масперо. — Если все, что вы сказали, правда, это настоящая «бомба»!..
— Повторяю, опыты ведутся с ведома нынешнего правительства и лично президента Ореллона, больше того, поощряются ими.
Микрофон перехватывает Пьетро:
— «Радио Маддалена»! Слушателей очень интересует, кто вы такие.
— Мы бойцы Третьего фронта.
— Террористы?..
— Не наклеивайте ярлыки на тех, кто пытается противостоять несправедливости ущербного, изнеженного общества.
— Вы считаете, что боретесь конструктивным образом? Я имею в виду ограбления банков, поездов, угон самолетов, ответственность за которые вы брали на себя…
— У нас нет времени для идеологических дискуссий! В данном случае мы, безусловно, правы. Мы сорвем маску с вашего прогнившего правительства. Пусть все знают, на что тратятся деньги налогоплательщиков. Пусть и за рубежом станет известно, как выполняет правительство Ореллона международные обязательства!
— Вы руководитель Фронта?
— Нет, я руковожу только этой группой.
Микрофон снова у Масперо.
— Имя свое вы, конечно, нам не сообщите?
— Само собой.
— И не скажете, сколько человек захватило институт?
— Нет. Утром мы заняли главное здание, а теперь окружены полицией и небезызвестной командой «гепардов»… Мы взяли больше десяти заложников, среди них директор института и другие ученые, которые занимались этими проклятыми опытами.
— Что вы намерены делать?
— Наша цель — открыть общественности глаза на то, что происходит за кулисами власти.
— Документы, которые вы захватили, интересны?
Крутится лента в магнитофонных кассетах. Палит солнце. Полдень миновал. Голос, доносящийся из аппарата, спокоен:
— Безусловно! Мы унесем их с собой.
— Но как вы из института выберетесь? Ведь вы окружены!
— Не забывайте, что в наших руках заложники. И кое-что еще!
— А именно?
— Несколько цилиндриков с ядом, который настряпали эти ученые! Бактериологическое оружие. Мы знаем, какое средство в наших руках. Достаточно сломать один цилиндр — и миллионы людей в столице погибнут. Вы этого хотите? — теперь голос звучал громко и агрессивно.
— Мы этого не хотим, — осторожно ответил Масперо.
— Все равно. Бактерии у нас, а мы никогда не колеблемся.
— Ну что же, давайте закругляться. Спасибо за интервью. Будем внимательно следить за ходом событий.
— О’кей! Закончим!
Раздался щелчок, и снова послышалось тихое гудение. Пьетро выключил рацию. Масперо запустил мотор, и они тронулись со стоянки. Пьетро вынул кассеты, одну из них отдал Масперо.
— Вы будете первыми, — сказал Масперо. — Звуковой материал ваш. А мы…
— Ясно! «Мустанг» все опубликует. Когда газета попадет на улицы?
— Сейчас узнаю. Вы, конечно, сошлетесь на нас?
— А то как же.
Масперо связался по телефону с редакцией. Машина уже мчалась по Малагскому мосту.
— Леонте? Слушай внимательно, я буду краток. Передай в типографию, чтобы были готовы. Что значит к чему? Специальный выпуск, старик! Ты правильно понял. На одной полосе. Пока сто тысяч экземпляров, а там посмотрим. Предупредите мальчишек-газетчиков. Материал передаст «Маддалена» через сорок минут и объявит о нашем специальном выпуске. Мы выйдем с полным текстом репортажа. Заголовок можно набирать: «Террористы в тайной бактериологической лаборатории». Ты понял правильно. Бак-те-ри-о-ло-ги-чес-кой. А подзаголовок такой: «Отставка правительства ожидается через несколько часов». Я сейчас подъеду.
Он положил трубку. Несколько минут они ехали молча. Пьетро судорожно сжимал магнитофон. Заговорил он не скоро.
— Знаешь, что будет, если мы пустим в эфир эти несколько фраз в конце пленки? Начнется такая паника, что город просто разнесут.
— Ты прав.
— Выбросим эти фразы.
— О’кей! После упоминания о заложниках вырежь пленку до фразы «Спасибо за интервью».
— Ладно. Будет сделано.
В двенадцать часов сорок минут зазвонил телефон.
— Эберт слушает, — поднял трубку полковник.
— Нам нужна еда, — кратко сообщил Лиммат.
Благодаря усилителю слова его были слышны всем находящимся в комнате. Доктор Амстел нервно облизнул губы. Трааль вспомнил о столовой в полицейском управлении, густом запахе еды, вентиляторе, приятно ерошащем волосы на затылке. Появился офицер «гепардов» Чаринг с каким-то донесением.