Майло — вот что имело значение. Квинн опустила взгляд на шприц.
— Не смей двигаться!
— Это экстренный укол! Я спасаю ему жизнь!
— Двинешь рукой, и я убью тебя! Вас обеих!
Жизнь Майло висела на волоске. Каждая секунда имела значение.
Ханна встретилась взглядом с Квинн поверх тела Майло. И слабо кивнула.
Квинн погрузила шприц в бедро Майло и нажала на поршень. Она вздрогнула, ожидая пули в затылок.
Выстрела не последовало.
В уголке ее глаза мелькнула белая полоса. Как из ниоткуда появился Призрак, вылетевший из-за угла дома.
Со свирепым рыком он пронесся по заснеженному двору и обрушил на Вика все свои сто сорок фунтов твердых мышц.
Квинн потрясенно наблюдала, как Призрак повалил Вика и опрокинул его на спину. Большой пиреней склонился над ним, рыча и скалясь.
Вик пытался поднять руку для защиты. Призрак вцепился в его предплечье, легко прорвав ткань куртки и впившись в плоть.
Вик завыл, когда пистолет вылетел из его руки.
— Ты тупой…
Призрак вцепился ему в горло, прежде чем Вик успел закончить фразу. Зубы пса глубоко вонзились в шею ополченца, оборвав его испуганный крик. Призрак сомкнул челюсти и мотал головой вперед-назад.
Разбрызгивая красную кровь, пиреней вырвал мерзавцу горло. Руки и ноги Вика плюхнулись на снег, а затем затихли. Он даже не закричал.
Призрак поднял голову, все еще склонившись над своей жертвой, обнажив клыки, каждый дюйм его тела выражал свирепость и смертоносность. Он напоминал одного из древних боевых псов Аттилы Гунна, обагренного кровью после битвы.
— Призрак, — выдохнула Ханна.
Он посмотрел на нее, его рык затих в горле. В мгновение ока свирепый зверь превратился обратно в любящего семейного питомца. Он фыркнул, встряхнулся и рысью подошел к Ханне.
— Хороший мальчик. Хороший пес. — Она потянулась к нему, не обращая внимания на кровь на его шерсти. Он прижался к ее боку, предлагая опору и поддержку, предлагая себя.
Пульс Квинн грохотал в ушах. Вик мертв, но Майло все еще в опасности.
Она сорвала зубами перчатку и прижала два пальца к восковой шее Майло. Его кожа была прохладной на ощупь. Пульс бился слабо, неровно. Он жив — но едва-едва.
— Очнись, Майло, — просила Ханна. — Очнись!
Страх и паника пронзили Квинн.
— Что случилось? Почему это не работает?
— Я не знаю. Майло, очнись!
— Ну же! — Квинн схватила его за узкие плечи и встряхнула. — Мелкий! Давай! Подъем!
Майло не ответил. Он лежал такой же хрупкий, такой же бледный. Призрак принюхался к нему, поджав хвост, и беспокойно заскулил. Он ткнулся мордой в плечо Майло.
Ханна низко завыла, как раненое животное. Она раскачивалась взад-вперед, одной рукой сжимая пальцы Майло, а другой зарывшись в шерсть Призрака.
— Нет, нет, нет!
В голове Квинн тикали секунды. Снег прилипал к ее лицу, таял, стекал по щекам и лбу. Она чувствовала оцепенение. Оглушение, отрыв от реальности. Все это нереально. Этого не происходит.
Они спасли его из огня. Майло должен быть в порядке. Он должен жить, черт возьми!
Весь мир жесток и бесчеловечен, бессмыслен и непостоянен. Но Майло не виновен. Он хороший. Он не мог умереть. Он просто не мог.
Ханна не поднимала глаз. Она обняла Майло и зарыдала. Снег собирался в ее волосах, покрывая голову и плечи кристаллами льда.
Огонь за ее спиной полыхал все сильнее. С грохотом обрушилась крыша, стены дома задрожали, заскрипели и затрещали. По ним пронесся жуткий треск.
Призрак громко залаял, его шерсть поднялась дыбом.
Скрип ботинок. Приближающиеся шаги.
Квинн потянулась за пистолетом.
Виггинс появился из-за угла дома. Он остановился, увидев пистолет Квинн, направленный ему в грудь.
— Это я! — Его взгляд упал на Майло. — Что с ним?
Квинн опустила пистолет. Она уставилась на него, вытирая снег с глаз, ее оцепеневший мозг пытался думать, черт возьми, думать!
— У тебя есть рация?
Виггинс уставился на изуродованное тело мертвого ополченца с выражением ужаса на лице.
— Ну, да, но…
— Тогда используй ее! — Квинн, пошатываясь, вскочила на ноги. Майло умирал, но он еще не мертв. — Позвони медбрату. Позвони ему и скажи, что он нужен нам прямо сейчас!
Глава 47
Ханна
День пятьдесят четвертый
Отчаяние растеклось по телу Ханны. Сын лежал без сознания у ее ног. В трех ярдах от нее на снегу дымилась еще теплая кровь мертвого ополченца.
Они с Квинн стояли на заднем дворе Ноа в центре «Винтер Хейвен», окруженные врагами, беззащитные и беспомощные.