Грегор перевёл взгляд на императора.
Тот смотрел на стол перед собой.
— Глава имперской безопасности, — произнёс наконец император, и в голосе не было ни обвинения, ни одобрения. Только вопрос. — Скупка акций военных корпораций. Это не дёшево. Даже небольшими пакетами, даже через посредников — это значительные суммы.
Он чуть поднял взгляд и посмотрел в сторону главы имперской безопасности.
— У Мерфа есть такие средства?
Глава имперской безопасности уже открыл рот и сразу закрыл. Потому что всем в этот момент стало ясно: этот вопрос император адресовал совсем не ему. Он уже смотрел на Аэна.
Министр финансов спокойно выдержал взгляд императора.
— Ваше Императорское Величество, — произнёс он. — Это именно тот вопрос, который я сам хотел бы задать имперской безопасности. Желательно под протокол.
Глава имперской безопасности посмотрел на Аэна с выражением разумного, которого только что попросили объяснить очевидное, но которое при ближайшем рассмотрении оказалось не таким уж очевидным.
— Средства установлены. Они прошли через несколько уровней номинальных структур, но конечная верификация указывает на Мерфа как конечного бенефициара. Это зафиксировано в материалах.
— Это действительно зафиксировано, — сказал Аэн с мягкой интонацией, видимо, немного успокоившись после своего боевого запала. — Глава имперской безопасности, я не сомневаюсь, что это зафиксировано. Я спрашиваю о другом. Мерф офицер флота. Пускай бывший. С соответствующим денежным содержанием. До ареста он не занимал должностей, предполагающих значительного личного состояния. У него нет наследства, нет семейного капитала, нет зафиксированной предпринимательской деятельности.
Он раскрыл свою папку и нажал несколько кнопок на планшете. Экран осветился строчками цифр.
— Я навёл справки этой ночью. Предварительно. Официальный запрос намерен оформить позднее, под протокол, как уже сказал. Но предварительно: ни один из легальных источников дохода, доступных Мерфу за последние несколько лет, не объясняет суммы, необходимые для описанных операций. Даже если сложить всё вместе и умножить на два.
— Так откуда деньги?
Этот вопрос он адресовал главе имперской безопасности. Прямо. Без смягчений.
Глава имперской безопасности нисколько не смутился и ответил:
— Именно это и свидетельствует о внешнем финансировании. Аварская разведка располагает достаточными ресурсами для операций подобного масштаба. Мы считаем, что средства поступили от неё.
— Считаете, — сказал Аэн. — Или располагаете документальным подтверждением?
— Располагаем косвенными свидетельствами достаточной степени убедительности.
— Глава имперской безопасности. — Аэн закрыл папку с тем звуком, который в тихом помещении звучит почти как точка в конце приговора. — «Достаточная степень убедительности» и «документальное подтверждение» — это не синонимы. Я это уже говорил об этом сегодня. Повторяю, потому, что, мне кажется, важным, чтобы все присутствующие понимали разницу, прежде чем принимать решение об экстрадиции имперского гражданина.
Маршал Форт медленно повернул голову в сторону финансиста. В этом движении не было раздражения, только интерес, слегка окрашенный подозрением.
— Аэн, ты защищаешь Мерфа?
— Я защищаю точность формулировок, — ответил тот без паузы. — Это моя профессиональная обязанность. Неточные формулировки стоят денег. Иногда — больших.
Контр-адмирал Кертис, посмотрел на главу имперской безопасности, потом на императора, и, казалось, он взвешивал каждое слово, прежде чем произнести его.
— Ваше Императорское Величество. Позвольте добавить. Вопрос об источнике средств, разумеется, требует ответа. Но с военно-стратегической точки зрения этот вопрос вторичен. Независимо от того, кто финансировал операции — аварская разведка или иной источник, — факт остаётся: Мерф представляет собой элемент, вокруг которого концентрируется нестабильность. Аварская сторона строит на нём свою ноту. Наша безопасность фиксирует вокруг него подозрительную активность. Восьмой флот держит его под арестом. Это три независимых вектора, сходящихся в одной точке. Я не знаю, виновен ли он. Но я знаю, что пока он находится у нас, эта точка не перестанет быть источником давления. Думаю, от этой точки давления нужно избавляться.
Император не торопился с решением.
Сейчас на лице императора было нечто, что Грегор видел у него редко. Это не было сомнением или колебанием. Это было что-то похожее на настороженность.