Кейдн рассмеялся.
– Забавно. Кстати, мы случайно не к той странной горе плывем?
– Именно туда. Правда, она на кошачью голову похожа?
– Да. В Эбе некоторые богатые семьи держат кошек, и за ними тщательно ухаживают.
– Поэтому ты не удивился моему тигру?
– Я видел подобных зверей в одной энциклопедии. Они водились на Лагре там, где раньше был лес.
И снова мы вернулись к его родине, вновь глаза Кейдна сделались печальны.
– Поплыли, – сказала я поспешно. – Уже недолго осталось.
Залив предстал перед нами во всей красе. Я не видела лица Кейдна, но, судя по тому, что он выключил мотор, ему хотелось полюбоваться.
– Гур рассказывал легенду о звездной кошке по имени Фиер. Огромная, она свалилась сюда с небес, но приземлилась на лапы и осталась жива. Ей так понравилась Тасула и ее тепло, что кошка решила поселиться здесь, на побережье. Гора – ее голова, холмы – это пушистое тело. Залив – ее миска, из которой она пьет. А четыре водопада и четыре озера образовались в отпечатках лап.
– А пятый водопад?
– Это ее хвост. Длинный и пушистый белый хвост.
– Удивительное место, – сказал он, и мы еще несколько минут разглядывали золотые камни кошачьих глаз, потоки вод ее лап, длинную шерсть деревьев и витые лианы усов.
– Я хотела предложить остановиться там, у правой задней лапы. Мне кажется, то озеро самое красивое – оно ярко-синее и серебряное.
– Хорошо, – согласился Кейдн, и повернул в указанном направлении.
Вскоре мы высадились в замкнутом пространстве сокрытого пляжа, и выбрали место под одной из высоченных пальм.
– Здесь и устроимся. Хочешь есть?
– Нет.
– Тогда я покажу огурец, и поплывем к водопаду?
– Показывай, – кивнул Кейдн. Я быстро привыкла к тому, что он улыбается едва заметно.
Мужчина и не подозревал, на что способен темпераментный овощ.
– Ты только близко не подходи. На всякий случай…
– Все так страшно?
– Сейчас сам увидишь. Нужно его тихонечко погладить, пощекотать вот так по пузику…
– Яра, ты что, серьезно?..
Он не договорил – огурец пискнул и с громким хлопком взорвался. Липкие семена полетели не как всегда прямо, а в разные стороны, и большая часть – мне прямо в лицо.
– Ой-ей! – воскликнула я и плюхнулась с головой в воду, а когда вынырнула, увидела Кейдна, который, сидя на берегу, оглушительно хохотал.
– Яра… не больно?
– Нет, – отозвалась я с улыбкой, пытаясь вытащить из волос остатки колючей гадости. – Как тебе демонстрация?
Теперь смеялись оба, и Кейдн подошел помочь избавиться от липкой дряни.
– Честное слово, ничего более смешного в жизни не видел, – сказал мужчина. – Эх, вот здесь несколько штук впилось.
Пока он убирал семечки, я смотрела на его лицо, на морщинки в уголках глаз, и такую красивую впадинку над верхней губой, на темные густые ресницы и едва заметную горбинку на носу.
– В волосах еще есть, – сказал Кейдн. – Давай зайдем в воду, я уберу.
Я кивнула, и, встав на большой плоский камень, Кейдн принялся перебирать мои пряди. Делал он это чудесно, щекотно и очень осторожно, а когда коснулся ненавязчиво затылка, у меня напрочь отшибло все мысли. Как во сне, я повернулась к нему и погладила по щеке.
– Спасибо.
– Пожалуйста. Мне кажется, или тот подъем подозрительно похож на лестницу?
– Так и есть! Какой ты глазастый. Не знаю уж, природа его создала или кто-то другой, но с вершины здорово нырять. Хочешь?
– Не откажусь попробовать.
Мы так увлеклись водными процедурами, что совсем забыли о времени и о еде. Я надула матрас и вовлекла Кейдна в игру «заплыви под водопад». Потом предложила поваляться, и он не сразу, но согласился.
– Просто закрой глаза и слушай мир, а я тебя покатаю.
– Это как-то странно…
– Тебе понравится, обещаю! Доверься мне, пожалуйста.
И он поверил – как всегда. Улегся на живот, удобно устроился и смежил веки. Я нарочно повозила его по гладкой воде, а потом окунула под мелкие струи, что стекали в отдалении от основного потока. Провела ладонью по его мокрой спине, запустила пальцы в волосы и помассировала ему голову. Кейдн улыбнулся.