– Тебя изгнали? – спросил Кейдн.
– Да. Со всеми «почестями». Достойное для предательницы прощание – гнать камнями и палками. Я большую-то часть отбила, вот только потом у меня оружие отобрали. Оно ведь реликтовое, древнее, передается по наследству. А из меня какая теперь наследница? Вся надежда на младшенького, ему уже пять. – Она рыкнула и принялась с остервенением продирать пальцами волосы.
Мы ждали продолжения, не решаясь даже пожалеть девушку. Я видела, что Кейдн недоволен, и понимала, почему. Он первым нарушил тишину:
– У вас так принято – наказывать за чувства?
– Таков закон. Я не просто нарушила правила, но и подвергла опасности родной мир. Превращение котороды в человека – дурной знак. Мне всё припомнили: и свободолюбие, и нежелание найти достойного жениха, и нарушение запретов. В частности вершину Набрамур. – Она сверкнула глазами. – Пусть злятся! Это было самое лучшее место для Яздина. Он достоин быть там, среди светлых душ. А что правила? Мне плевать на них… Всегда было плевать. Вот я и доплевалась. – Она замолчала на несколько мгновений, сжимая руки в кулаки. – Если вы меня не прогоните… Я прошу у вас позволения остаться здесь. Я не причиню неудобств. Сама построю себе дом, только скажите, где мне можно…
Я видела, как трудно ей сдержать слёзы: они дрожали в уголках глаз, но ни одна капля на загорелую щёку так и не стекла.
– Трогия не создает запретов, – сказала я, поспешно обнимая подругу за плечи. – Ты пришла сюда, и теперь это твой дом. Не отчаивайся, мы непременно найдем выход.
– Или не найдем, – отозвалась Абранира. – Но это уже не важно, ведь пути назад для меня нет.
Грида мы нашли в одном из ничем не примечательных миров. Я решительно постучала в серую металлическую дверь, обдумывая, что и как сказать мужчине. Довольно долго никто не открывал, и пришлось тарабанить настойчивее. Я даже ударила ногой для верности – вдруг не слышит, занят? Кейдн в конце коридора тихо хмыкнул. Наконец дверь бесшумно открылась, и я увидела старшего Кудра. Он был без рубашки, волосы сильно отросли и оказались волнистыми.
– Ярослава? – нахмурился он. – Ты что здесь делаешь?
– Абранира попала в беду, Грид. Ты ей нужен.
Он сцепил руки на груди.
– Сейчас?
Я сделала дурацкое лицо.
– Нет, через часик-другой. Когда ты выспишься, покушаешь, и мы с тобой поболтаем о том о сём, а то давно не виделись.
Он криво усмехнулся.
– С ней что-то серьёзное?
– Я бы сказала, что она в некотором роде умерла. Да, иначе это не назовёшь.
Он шагнул ко мне, прикрывая за собой дверь.