Вместе мы перебирали древние свитки, энциклопедии, книги самых разных форм и размеров, и те самые бутылки. Ловин, активно помогающий нам во всем, притащил на пару с Кейдном гигантское испещренное надписями бревно. Он же его и расшифровывал, все самое важное записывая в блокнот.
Идею Кейдна приняли на «ура», и мы, к сожалению, не смогли остаться у Маира – сразу отправились искать ответы, пообещав прийти позже. Лорд и сам вскоре присоединился к нам в библиотеке.
– Сложно быть королем? – спросил Агвид.
– Им лучше не быть, – ответил Питер. – Я подумывал все бросить, но потом понял, что это бегство ни к чему хорошему не приведет. Среднее королевство без меня развалится, Атория ослабнет, а этого допустить нельзя. Понимаете, есть много вещей, которые власть уничтожает. Я, например, едва ли когда-нибудь найду свою любовь. Я разучился удивляться красоте, у меня сердце уже не вздрагивает. Придется, как это ни скверно, найти невесту выгодную, удобную, и обеспечить страну наследниками.
– Звучит печально, – сказал Агвид. – А если из другого мира привести?
– И что я скажу народу? Знакомьтесь, это Маша, она с Земли?
Мы рассмеялись. С нами древнюю библиотеку штудировали Грид, Абранира, Велимир и его сестра Сияна.
– Нет, – продолжил король, – мне придется искать женщину на своей земле. Скорее всего, поеду на Север, союз с одной из дочерей Адамеи Лесной пойдет на пользу нам всем.
– А сколько у нее дочерей?
– Пять. Две старшие, правда, замужем. Я из трех сотен придворных дам не могу девушку по сердцу найти, а здесь всего из трех выбирать придется.
– И все же это богатый выбор, – усмехнулась Абранира. – Я вот только не пойму, что ты с этим тянешь?
– Не хочу быть обязанным. И так связан многочисленными клятвами.
– Одной больше, подумаешь, – хитро улыбнулся Маир. – Но ты смотри, дружище, не упусти момент.
– Я не старик еще, – проворчал Питер. – В Изначальных мирах живут примерно одинаково, и сорок пять – это одна пятая жизни. Вот когда отмечу столетие, тогда и горевать стану об утраченной молодости.
– Нам с Кейдном за тридцать, – улыбнулся Грид. – Мальчишки еще, хотя в моем родном мире до ста лет редко кто доживает. А уж двести – это вообще невозможно.
– Вот и поживешь, – сказала Абранира, сжимая его руку. – Ты теперь заряжен силами Изначальных миров, а потому автоматически стал долгожителем. Я всегда думала, что причина популярности Атальмейна и семи остальных реальностей именно в этом. Они даруют долгие годы и позволяют распоряжаться ими как тебе хочется.
– Нашла! – вдруг воскликнула Сияна. Я считала ее одной из самых красивых девушек из всех моих знакомых – темное золото волос, синие, глубокие глаза, замечательное нежное лицо. К тому же она была добра и искренна, хотя и одинока, как многие троги. Даже путешественнику по мирам бывает трудно найти любовь, и они с Зоей были тому примером. – Здесь описывается процесс создания «живой» вещи. Много испорченных страниц, но главное я ухватила. Нам нужен Белый Чародей, Белый Исполнитель, Создатель и Маг – желательно тоже Белый. Еще необходимы бродяги – способные представители своих стихий. Особенно важно, чтобы был носитель металла – если мы хотим создать что-то прочное. Процесс сложный, но никаких неясностей нет.
– А нельзя обычных странников привлечь?
– Полагаю, можно, но без Белого Чародея никак.
– Спасенный мужчина, Неис, – вдруг сказал Велимир. – Он – Чародей. Не знаю, Белый или нет.
– А Альба – талантливый Исполнитель. Пусть и не Белый, но все же. Позвать бы Алана, что владеет артефактом, но его поди, отыщи.
– Неис! – осенило меня. – Не то ли самый, про которого говорил Яздин?
– Возможно, – отозвался Грид.
– Маир, ты ведь согласен помочь? – спросила Сияна. – Белого Мага мы знаем только одного.
– Конечно. Я приложу максимум усилий. Мы можем воспользоваться моей лабораторией или остаться здесь.