В течение трех дней мы исполняли возложенную на нас обязанность учителей в школе Гарда, помогая молодым странникам ориентироваться в мирах, звать друг друга через Промежутки и рассказывая им о Границе. Потом мы отрабатывали теорию на практике, и это заняло еще две недели. Когда мы вернулись с Перуны, на Трогии уже царила осень.
Полетели замечательные дни, когда мы искали место, придумывали проект, собирали материалы и начинали строить дом своей мечты. На Трогии было принято к созданию нового жилища привлекать всех – и ближних, и дальних соседей, и даже тех, кто жил на другом материке. Пришли, наверное, все свободные от дел, включая Марка, Габриэль и их сына Дэвруда. Познакомив их, я сразу пояснила капитану, что именно этого семейства опасался по словам Маски Крабрин.
Дом получился такой, как в мечтах: просторный, но не огромный, с мансардой и эркерами, заставленными цветами. Мебели в нем было минимум, и мы развлекались, устраивая догонялки по этажам, или, если шел дождь, катали друг друга на садовых тележках. В общем, страдали дурью, попутно обживая уютное логово.
У дома было несколько особенностей. Во-первых, он был построен из радужного дерева. Порода эта была игривой, и со стороны стены выглядели интересно: ровная темная древесина и вдруг яркая вспышка какого-нибудь цвета. Так, на северной стене появились малиновые разводы, а на южной пошла рыжеватая рябь. Вместе с бирюзовой крышей получался самый настоящий радужный сруб, опоясанный широкими верандами. На одной из них мы вскоре повесили гамаки и поставили белые плетеные кресла. В кадках распускались синие цветы, по стенам карабкался быстрорастущий трогский плющ нежно-зеленого цвета. А с крыши свисали гроздьями трубчатые лилии – узкие дрыны, похожие на утиные клювы, желтые и оранжевые, и, в отличие от земных своих сородичей, очень приятно пахнущие. Мама принесла кусты роз – бордовые, фиолетовые и пепельно-розовые, Габриэль подарила саженцы серебряных буков. Длинная теплая осень позволяла не бояться за здоровье молодых насаждений, и нам оставалось с удовольствием заполнять дом все новыми вещами. Правда, Кейдн предоставил мне делать выбор, а на себя брал только физический труд. Он не то чтобы не любил выбирать, просто не умел этого. И радовался каждой новой мелочи, будь то светящаяся швабра от Агвида или покрывало в фиалках от Альбы. Мы даже в магазинах побывали, но капитана гораздо больше интересовало общение, нежели покупки.
Новоселье было намечено на конец октября, когда вернется Зоя. И, пока позволяла погода, мы решили наведаться к Маиру, как и обещали. В среде бродяг все было тихо, никто никого не обижал, и нам хватало времени на исполнение желаний.
– Я в последнее время увлекаюсь разведением нескольких редких пород, – сказал мужчина, ведя нас по лугу к высокому каменному зданию. Оно скорее походило на собор, было круглым и пузатым.
– Какая интересная конюшня, – сказала я. – Не видела подобных прежде.
– Кертис строил. Вообще-то звери здесь только в непогоду находятся, остальное время они бродят по загону. Вон, смотрите.
Лошадей был целый табун. Маир обеспечивал животным естественные условия, но обладал над ними какой-то странной властью. По первому его зову кони подходили, послушно позволяя себя гладить, и вообще готовы были выполнить любой приказ хозяина.
– Странно, – усмехнулся капитан. – Грозного не дозовешься, а Волна так вообще кусается.
– Солнечные зуры покладисты и добры. Они бегают стремительно, и галоп у них плавный. По характеру и удобству езды они считаются одними из самых лучших. Видите, там золотисто-рыжая группа? Они еще соловые в снегу бывают. – Он хитро усмехнулся. – Это когда основа золотая, а по ней белые вкрапления идут. По секрету скажу, что я как раз такую редкую красавицу приготовил для Сияны. Подарю на день рождения.
– А те, пегие, что за порода?
– Их всего шесть. Называются Курги. Они выводились – не поверите! – как охотничья порода.
– И на что охотились?
– На магию. Прежде эти кони приводили людей к местам силы, говоря языком бродяг. Сейчас эти древние качества утрачены, но я надеюсь их вернуть. Для вас, кстати, есть особые звери. Идемте, они наверняка по роще ходят.
Особые кони хорошо прятались. Мы осмотрели дубовые угодья и никого не нашли. Потом посетили березняк, но и там не было ни намека на лошадей.