Я отвернулась, боясь расплакаться.
– Яра!
– Отпусти!
Он обнял меня сзади за плечи, но я вывернулась и, тяжело дыша, уставилась в знакомые темные глаза.
– Тебе можно плакать, – странно сказал бывший Тень.
– Ты моих слез не увидишь. Ни к чему притворяться добрым! Сначала ругаешься, обвиняешь в том, чего я не делала, а теперь предлагаешь поплакаться в жилетку? Иди к чертям собачьим!
И снова он ухватил меня за руку. Перебил мой прием, не дал уронить себя. Сражалась я бестолково, яростно и злобно. Ударила его несколько раз от души, укусила, попыталась озвереть, чтобы обойтись как с генералом. Нэлл не позволил убежать, развернул к себе, неприятно, плотно обнял. Я наступила ему на ногу, двинула кулаком в живот – не помогло.
– Успокойся, котенок.
Словно Кейдн говорил со мной – его голос, его интонации. От Нэлла даже пахло также.
– Отпусти меня сейчас же! – испуганная видением, завопила я.
– Я не прав. Наверное, обо всем действительно рассказала Владра.
– Мне все равно!..
– Думаешь, я не знаю, что ты лучше нее? – вдруг сказал он, и мне стало страшно по-настоящему. В голосе Нэлла мерещилось старое чувство, наверняка унаследованное от капитана.
Я подняла голову, намереваясь обрушить на него поток бранных слов, может быть, даже цапнуть мужчину за нос, но от неожиданности потеряла дар речи: Нэлл поцеловал меня. Правда, прикосновение длилось всего несколько секунд, и я все же пришла в себя. Двинула ему, ослабившему хватку, между ног, и тотчас ушла в Промежуток.
Не было слез – кончились. Я была пустой и дрожащей от незаполненности. Только боль сидела на дне моей личной реальности, даже черепахи куда-то ушли. Я решила, что нужно навестить могилу Кейдна, и Граница впустила меня удивительно легко. Не было ни уродливых образов, ни угроз, ни смерчей. Все окутывал серый свет, и место, где погиб капитан, укрыли фиолетовые цветы.
– Тебе больно здесь? – тихо спросила я, касаясь влажных, словно покрытых капельками слез, лепестков. – Ты чувствуешь, что я рядом? Забери с собой. Я хочу всё оставить.
– Не хочешь, – вдруг ответили деревья. От темных стволов отделилась знакомая фигура. Владра!
– Ты?
– Её Тень. Не бойся.
– Не боюсь, и не хочу с тобой разговаривать. Не вздумай рассуждать о моих желаниях.
– Я не насмешничать пришла, а помочь, – улыбнулась девушка. – Хочешь, отведу тебя к Даниэлю?
– Ты последняя в списке, кому я доверюсь!
– Знаю, – сказала Тень. Волосы ее были собраны в хвост, простое светлое платье доставало до земли, хотя реальная Владра предпочитала мини. – Я не Превысшая, не причиню вреда. Мы с моей хозяйкой очень разные.
– Я уже доверилась однажды Тени. Не хочу, чтобы те же самые грабли мне снова по лбу дали.
– Понимаю.
Мы замолчали. Я ждала, когда она уйдет. Было гадко на душе, и поцелуй Теня все еще чувствовался на губах. Чего он хотел? Почему сделал это? Просто так, «прикола» ради? Даже для него это было слишком жестоко.
– Даниэлю угрожает опасность? – не выдержала я.
– Нет, что ты, – тотчас отозвалась Владра. – Граница его приняла радушно. Просто если он и дальше будет сидеть здесь – станет Призраком. Без сна, без нормальной еды, без энергий реальных миров на Границе человеку не выжить. Только если в Убежище попасть, но Даниэль его еще не нашел.
– Он боится?
– Не за себя, за вас. Думает, что благодаря ему Краб может навредить Тасуле или Трогии.
– Скорее уж Земле, это она открыта для бродяг.
– Все Изначальные миры под угрозой, – напомнила девушка.
– И какое тебе, Тени, до этого дело?
– Если пострадает один из них – Граница станет нестабильна.
– Хм. Что-то я и сейчас ни вижу в ней постоянства.
– Но оно есть. Например, Убежища миллиардов бродяг. Стоит убить Изначальный мир, и баланс изменится: даже в личных мечтах человек не сможет обрести спокойствие. Ты не знаешь, но я-то помню, что до того, как погибла Ацура, мир верков, Граница позволяла людям забирать ее дары в реальные миры.