Карей нахмурился.
– Иди. Вернись в реальные миры, надышись ими. А потом отправляйся с Нэллом, куда он поведет. На сей раз для тебя всего одна опасность – оказаться у черты и быть не в силах сделать выбор.
– Я сделаю его, Карей. Будь уверен.
Но он уже исчез, оставив после себя бескрайнее чувство печали, и я знала, что начинается новая жизнь, в которой мне эта печаль пригодится.
Лаванда держала меня за рукав куртки зубами, Ливень подпирал плечом, чтоб уж точно не ушла. Звери не понимали, что я могу исчезнуть несмотря на все их попытки меня остановить.
Я никогда не ругалась с родными, не дошло до этого и теперь, но терпеть их горе было выше моих сил. Мама с папой не были готовы отпустить дочь с бывшим Тенем, тем более в глубины кошмара, Зоя плакала, говоря, что уж лучше она со мной пойдет, Гард и Арн угрожали Нэллу расправой. Пришел Агвид и принялся создавать самые разные виды оружия – защищаться от образов или реальных людей. Потом пришли Абранира и Грид, Велка и Сияна… Я сбежала. Не могла не пойти, не помочь Кейдну… и Нэллу. Его мне тоже было жаль несмотря ни на что.
Как же я запуталась! В себе, в своих мечтах, в чувствах. Капитан все еще был мне необходим, и я не знала, правда ли Нэлл способен стать им и остаться собой. Что за человек это будет, если души сольются? А вдруг я ему буду неинтересна? Но меня устраивал и такой исход дела, потому что Кейдн снова обретет плоть, сможет жить счастливо – пусть не со мной, пусть далеко, своей жизнью.
Если бы я стала прощаться, меня бы остановили. Пришлось со слезами обнять лошадей, быстро покидать в рюкзак самые необходимые вещи и переместиться прочь, на Цевру, где мы с Нэллом договорились встретиться.
Я боялась увидеть его в компании цевранок, услышать что-то грубое и понять, что слова о любви – очередная ложь. Но он стоял возле фонтана один: хмурый, сосредоточенный, ушедший в свои мысли. Нэлл одевался не так, как капитан. Он предпочитал светлые коричневые оттенки, белый и голубой, а еще глубокий синий. В нем, созданном от Тени, было больше яркости внешней, а вот внутри царила мгла.
– Привет.
– Привет, – отозвался Тень. – Снова плакала?
– Трудно с близкими прощаться, особенно если они не хотят отпускать. Я понимаю их, но не могу не помочь Кейдну… и тебе.
– Мне не понять этой жалости и привязанности.
– Ты поймешь, когда обзаведешься семьей.
– Твоей?
Я нахмурилась.
– У нас неоднозначная ситуация. Расскажи еще раз, что ты предлагаешь?
– Ты все поняла с первого раза. Сейчас мы должны напитаться от мест силы, потом пойдем на Границу, провалимся поглубже, отыщем душу, я ее впитаю или не впитаю… Ну и все, собственно.
– Мне нужны подробности, Нэлл.
– О чем? О моих чувствах? О том, как я могу умереть? – злобно и весело отозвался он. Я поняла, что снова что-то сделала не так, и не успела приготовить прочный барьер, как он излил на меня все свои чувства разом: – Я уверен, что люблю тебя, а, может, это просто жадность, или одиночество, или гордость. Душе Кейдна грозит стать мной, или мне превратиться в него, или нам предстоит соединиться, и до конца дней своих несчастное тело будет вмещать две ненавидящих друг друга личности. Что, испугалась? А это еще не самое страшное. Меня может просто разорвать на кусочки, мясо разлетится по всем уголкам Черты, и его будут долго жрать Тени, а душа Кейдна и моя, вылетевшая из вместилища, станут для них десертом…
– Перестать, – прошептала я и отвернулась, чувствуя, как хлынуло из глаз.
– Кажется, ты говорила, что не станешь показывать мне свое горе. Передумала? Боязно стало? Трупов боишься? Не хватает мужика по ночам? Бедненькая! Так носишься со своей утратой, что даже близких довела до сумасшествия. Толпой собрались и уговаривали несчастное дитя одуматься, отступиться, а ты, вся такая горестная, твердила о вечной любви! От умиления у меня сейчас мурашки вдоль хребта бегать начнут…
Его грубость хлестала наотмашь. Каждое слово как удар, расчетливый и безжалостный.
– Нэлл, не надо так.
– А как тебе нужно? Ласковых слов захотелось? Да тебя и так все любят безмерно! Друзей десятки, родные все живы и здоровы, но нет, Яра недовольна! Потеряла одного-единственного, и всё, сдалась. Ты понятия не имеешь, что значит терять! Ты не знаешь, каково быть брошенной. Ты просто размазня!