Но с чего начать?
Он уже говорил с людьми, знавшими её: Хелен Стоун, Хильдой Рассел, Грегом Мейсоном, Майком Морганом — и узнал, по сути, больше об их чувствах, чем о самой Лоринде. Единственным исключением оставалась реплика Грега Мейсона: она была единственной старшеклассницей, не боявшейся Билли Тейта.
Вспомнив это, и не забывая о том, как Морган упоминал «неподобающую связь» Лоринды — тогда ещё Лори Стрэйн — с директором средней школы, когда ей было пятнадцать, он задумался: захочет ли тот человек говорить спустя тринадцать лет?
Он позвонил Грегу Мейсону.
Тот, увидев имя на экране, заговорил со злостью:
— Слышал про Асперна. Злобная тварь! Хотел бы я быть там, когда Лоринда всадила в него пули. Точно мёртв?
— Точно.
— Боже, знаешь человека годы — а выходит, вовсе не знал. Мне он никогда не нравился. Но кто мог ожидать такого?
— Надеюсь, его смерть принесёт вам хоть какое‑то облегчение.
— «Облегчение» — не знаю, что это. Рад лишь тому, что он сдох. Вы ради этого звонили?
— На самом деле, хотел вернуться к теме, которую поднимал у вас в офисе. Слухи об отношениях Лоринды — Лори Стрэйн — и директора Баллока.
— Я же говорил: слухи не обсуждаю.
— Уважаю ваше желание. Но когда такое всплывает в расследовании, это приходится прояснять. Я хочу поговорить с самим Баллоком и надеялся, что вы знаете, кто мог бы нас свести.
— Он исчез, минимум двенадцать лет назад.
— Баллок должен был оставить адрес для пересылки корреспонденции.
— Я бы об этом ничего не знаю.
— Но кто‑то в администрации колледжа должен был знать, верно?
— Если кто и знает — это Бетти Брилл.
— Какая у неё должность? — спросил Гурни.
— Помощник директора по административным вопросам.
Гурни поблагодарил и попрощался. Перезвонил в колледж Ларчфилда и попросил соединить с Бетти Брилл.
Когда она взяла трубку, он представился и пояснил, что ищет бывшего директора школы.
— Хэнли Баллок? — её голос был сух, натянут и явно недоволен темой.
— Да.
Он услышал стук клавиш. Потом ещё. И ещё.
— Всё, что могу дать, — адрес, который он оставил через месяц после отставки. Не знаю, актуален ли он.
— Телефон есть?
— Нет. — Она фыркнула и продиктовала адрес, словно с отвращением выговаривая каждую букву.
Он забил его в «Карты Гугл»: Хейз‑Стрит, 36, Криктон, Нью‑Йорк. Приложение показало, что дорога займет час и девять минут от Уолнат‑Кроссинга.
На панораме улицы виднелся фасад старого дома с широким, кривоватым крыльцом. Слева — лавка «Антикварные сокровища Труди», справа — «Гастроном Флакко». Гурни нашёл сайт гастронома и номер телефона.
Скучающий женский голос ответил после четвёртого гудка:
— «Гастроном Флакко». Чем помочь?
Гурни объяснил, что пытается связаться с жильцом соседнего дома по имени Хэнли Баллок, и интересуется, знает ли кто‑нибудь в гастрономе имя или номер телефона владельца здания.
— Подождите, — сказала она. — Вам, кажется, нужен мой отец.
Через две минуты в трубке загремел хрипловатый мужской голос:
— Это кто?
Гурни представился и объяснил цель звонка.
— Парень, которого вы ищете, здесь больше не живёт.
— Не подскажете, где его найти?
— Он умер много лет назад.
— Понимаю. Не знаете, при каких обстоятельствах?
— Послушайте, я не уверен, что вы тот, кем представились.
Гурни повторил имя и должность.
— По телефону любой может заявить что угодно, приятель. Вы — детектив? С чего мне верить? Вчера звонили «из налоговой»: требовали номер карты, чтоб меня не арестовали за «мошенничество».
— Тогда, может, просто назовёте имя или номер телефона владельца дома?
— Владелец — я.
— Это всё ещё дом «с меблированными комнатами»?
— Это не «меблированные комнаты». Никогда не были. Это сдаваемые квартиры. Очень приличные.
— Как вас зовут?
— Джордж Флакко.
— Хорошо, Джордж, понимаю ваше желание удостовериться, с кем говорите. Позвольте один простой вопрос. Есть ли в смерти Хэнли Баллока что‑то такое, что делает тему деликатной?
— Может, так и есть, а может, и нет. Как я уже сказал: по телефону — ни слова без подтверждения личности.
— Понимаю, Джордж. Уважаю ваше желание. Сегодня ближе к вечеру приеду в Криктон с удостоверением. Убедитесь кто я — и тогда поговорим о вашем бывшем жильце. Можем у вас, в гастрономе, или в полицейском участке Криктона, если так удобнее.