Они с Мадлен завтракали во внутреннем дворике черничными блинчиками. Порой она с улыбкой косилась в сторону сарая — на то, что он начал вчера. Доски аккуратно сложены у курятника. В каменистой земле отрыты ямы под угловые стойки — нешуточная работа — и уже выставлены два столба.
— Я могу помочь со следующими шагами, — весело сказала она. — В выходные поработаем вместе.
Странным образом именно в такие минуты — когда он был настоящим мужем, а не детективом, просто живущим под одной крышей, — он острее всего ощущал изъяны их семейной жизни.
Она пристально посмотрела на него, словно читая мысли, поднялась из‑за стола, подошла сзади и поцеловала в макушку.
Ровно в десять утра поступил первый из ожидаемых звонков.
— Доброе утро, детектив. Грета Викерц. У меня есть информация. Предпочитаете сначала цифры — сколько килограмм требуется для разрыва — или методику теста?
— Доброе утро, доктор Викерц. В любом порядке — как вам удобнее.
— Логичнее метод, а вслед за ним — результаты. Первое: мы установили металлическую защёлку на неповреждённый участок дерева. Второе: просверлили в крышке небольшое отверстие и закрепили внутри тонкий трос, чтобы иметь возможность тянуть изнутри. Третье: закрыли крышку и защёлкнули замок. Четвёртое: присоединили трос к лабораторным пружинным весам и тянули вверх до момента разрыва, чтобы снять показания усилия в килограммах. Понятно?
— Думаю, да.
— Затем повторили, установив защёлку на другой неповреждённый участок, — для повторного измерения. Разница менее десяти процентов — так что достоверность хорошая. Нужны цифры?
— Пожалуйста.
— Первое испытание — 51 килограмм. Второе — 48.
— То есть вы полагаете, что усилие, приложенное изнутри в гробу, было порядка этих величин?
— С уверенностью в девяносто процентов: от 40 до 58 килограмм.
— Это полезно. Благодарю.
— Всё это крайне занимательно. Если хотите, я продолжу изучение странностей.
— Простите?
— Мы сняли внутреннюю обшивку гроба. На дне обнаружили отверстие диаметром семь миллиметров.
— Это часть заводской конструкции?
— Просверлено позднее.
— У него была очевидная функция?
— Нет.
— Для воздушного отверстия — маловато.
— И не на своём месте. К тому же «воздушное» отверстие в гробу… труднообъяснимо.
«Как и всё остальное в этом деле», — подумал Гурни.
Он спросил, видит ли она хоть какое‑то возможное назначение. Она ответила, что нет, но может провести техническое исследование чтобы определить предназначение. Гурни показалось, что это принесёт больше тревоги, чем пользы: дырочка интриговала, но её значимость сомнительна. Он поблагодарил и завершил разговор.
Ещё немного он размышлял о силе, которую Тейту пришлось приложить. С учётом его плохой формы нижняя граница диапазона казалась непростой, хотя стеснённая поза могла играть на руку — напоминая позицию при жиме лёжа. В общем, тест Викерц просветил, но ничего не решил.
Мысль вернулась к семимиллиметровому отверстию, но её перебил звонок — Хардвик.
— Эй, Шерлок, с этим БМВ определённо, что‑то неладно. В Монтвилле нашёл компанию «Элегантные Машины Премиум» — сдают всё: от «БМВ» и «Ауди» до «Бентли» и «Ламборгини». Забавный момент: я позвонил им вчера вечером, сказал парню на линии, что хочу пятую серию, желательно 530e. Он ответил, что мне повезло. У них как раз такая — тёмно‑синяя — только что вернулась после трёх‑четырёх дней проката.
— Это, должно быть, она и есть. Удалось выяснить имя арендатора?
— Новости хорошие и плохие. Вчера я говорил с менеджером сервисной службы, а не с тем агентом, кто оформлял машину. Они как раз закрывались, агент уже ушёл. Перезвонил утром — попал на агента. И тут началось. Совершенно другая песня: якобы в системе случился сбой, и карточка арендатора «случайно» удалена. Описание — как из учебника по бесполезности: средний рост, средний вес, обычный голос, шляпа, тёмные очки. Это могла быть и женщина.
— Любопытно.
— Плохая новость: мы не знаем, кто взял машину. Хорошая: похоже, этот сукин сын не просто так удалил данные — его мотивировали. Похоже на взятку за сокрытие личности клиента. А это уже косвенно подтверждает твою версию: машина использовалась для мутных дел.
— Приятно осознавать, что я двигаюсь в верном направлении.
— Похоже на то. Но полегче, Дэйви, малыш. Плохо взлетать высоко — перед падением. Не хочу, чтобы ты вляпался по уши.
— Я на связи.
Едва разговор оборвался, он перезвонил Словаку.