— Чего ты тянешь? Билли, давай тогда ты, мудила.
Билли показал Ленни свои карты.
— Два сраных туза!
— Сопливый ублюдок! Ты — сопливый ублюдок, Рентон. — И Ленни ударил кулаком по своей ладони.
— Двигай сюда мою гребаную добычу, — сказал Билли Рентон, сгребая стопку банкнот, которая лежала по середине на полу.
— Наз, кинь-ка сюда баночку пива, — попросил Ленни.
Просьба была выполнена, но он не поймал на лету банку, и она упала на пол. Когда он открыл банку, большая часть её содержимого окатила Пизбо.
— Ты, урод ёбаный, смотри, куда льёшь!
— Извини, Пизбо. Это всё из-за этого мудака, — рассмеялся Ленни, показывая на Наза. — Я его просил кинуть баночку пива, а он, блядь, запустил мне её прямо в голову.
Ленни встал и подошёл к окну.
— Ну что, этот мудозвон всё ещё не объявился? — спросил Наз. — На хуй играть без больших денег?
— Нет, не объявился. Ни одному слову этого гондона нельзя верить, — сказал Ленин.
— Позвони ему. Узнай, в чем дело, — предложил Билли.
— Верно. Надо позвонить.
Ленни вышел в прихожую и набрал номер Фила Гранта. Ему было скучно играть на детские ставки. Он бы уже мощно поднялся к настоящему моменту, если бы Фил Грант пожаловал сюда вместе со своими бабками.
На звонок никто не ответил.
— Ни одной бляди нет дома, или же к телефону не подходят, — сказал он дружкам.
— Надеюсь, этот пидор не скрывается где-нибудь вместе со всем банком, — засмеялся Пизбо, но смех его прозвучал вымученно, как первый намёк на то, чего втайне опасались все присутствующие.
— Пусть только рискнёт. Я порву любого гондона, который кинет на бабки собственных друзей, — прорычал Ленни.
— С другой стороны, если хорошенько об этом подумать, башли-то грантовские. Что хочет, то с ними и делает, — сказал Джеки.
Все посмотрели на него с выражением удивленной враждебности.
— Шёл бы ты в жопу с такими заявлениями, — выдавил наконец из себя Ленни.
— И всё же Гранти честно выиграл эти деньги. Я же помню, мы все с этим согласились. Собрали большой банк из клубных денег, чтобы играть было веселее. Затем разделили его между всеми. Я всё помню. Я хотел только сказать, что с точки зрения закона… — попытался объяснить свою позицию Джеки.
— Это наши башли! — отрезал Ленин. — Гранти почувствует на собственной шкуре, что такое — плыть против течения.
— Я согласен, я просто хотел сказать, что с точки зрения закона…
— Заткни свой вонючий рот, говно болтливое, — перебил его Билли. — Нам здесь всем насрать на точку зрения закона. Речь о том, как должны вести себя друзья. Если бы ты всегда рассуждал с точки зрения закона, блядь ты жуликоватая, дома у тебя ничего, кроме голых стен, не было бы.
Ленни одобрительно кивнул.
— Что-то мы торопимся с выводами. Можно ведь найти миллион причин, почему он ещё не пришёл. Может, этого мудозвона в пути что-то задержало, — предположил Наз.
На его рябом лице застыло напряжённое выражение.
— Может, какой-нибудь мудак дал ему пизды и забрал все деньги, — сказал Джеки.
— Ни один козёл не рискнёт дать пизды Гранти. Он из тех, кто сам даёт всем пизды, а не из тех, кому пизды дают. Если он заявится сюда с какой-нибудь историей в этом роде, я объясню ему, куда он её может себе засунуть.
Пенни начинал беспокоиться. В конце концов речь шла о клубных деньгах.
— Я просто хотел сказать, что глупо расхаживать по улице с такой суммой наличных. Вот и всё, — поспешил прибавить Джеки, который слегка побаивался Ленни.
За шесть лет Гранта не приходил играть в карты по четвергам только тогда, когда уезжал в отпуск. Он был завсегдатаем. Ленни и Джеки, например, отсутствовали длительное время, пока сидели в тюрьме — один за грабёж, другой за квартирную кражу.
Клубные деньги — или, иначе, отпускные — были традицией, заведённой ими, когда, ещё подростками, они все вместе ездили отдыхать в Лорет Де Map. Теперь, повзрослев, они ездили уже не такими большими компаниями или вообще в обществе одной только жены или подруги. Странное смешение картежных денег с клубными произошло пару лет назад, когда они сильно выпили. Пизбо, который был тогда казначеем, в шутку поставил пачку клубных денег на кон. Они сыграли ради смеха, но им так понравилось играть no-крупной, что они разделили клубные деньги между собой и понарошку играли на них. Каждый раз, когда они решали, что стоит начать экономить, они прекращали играть на «настоящие» деньги и переходили на «клубные». Это было почти то же, что играть на бумажки, которые заменяют деньги при игре в «монополию».