Говорил очень долго. Я уже устала ждать, а взглянув на часы, поняла, что есть угроза опоздать на работу.
– Извините, у меня нет времени! – крикнула я.
Да только на меня не обратили ровным счётом никакого внимания. Становилось нервно. Очень. Возникло такое чувство, будто меня намеренно заманивают вглубь квартиры. Естественно, я только крепче вцепилась в несчастную ручку, намереваясь стоять до последнего.
Ещё минут семь спустя, когда в моей голове уже возникали образы удушения заказчика, я услышала странный шорох из подъезда. Соседи?
Нутро сжалось от плохого предчувствия, а удерживаемая мною дверь стала медленно открываться под напором чьей-то руки…
– НИКОМУ НЕ ДВИГАТЬСЯ! ЭТО ФСБ!
Резкий рывок надёжной, на первый взгляд, преграды, и я с визгом вжимаюсь в стену, когда из-за неё появляется огромный щит и чуть ли не выпрыгивает здоровый мужик в чёрных костюме и бронежилете, лицо его было скрыто балаклавой и массивной каской в цвет. Он, прижимает меня рукой к стене и окидывает быстрым взглядом, после чего рявкает:
– Лежать!
Только я не то, что лечь, пошевелиться не могла. Он видел, что я вжималась в стену и повернул в коридор, где находилась жилая площадь квартиры, а я увидела эти три буквы на его спине, от которых мозг стрелой пронзила жуткая паника. За первым мужчиной пошли второй и третий, ничем не отличающиеся друг от друга. Когда входил четвёртый, раздался громкий крик и хлопок. Он обернулся ко мне, ткнул ладонью в плечо и рявкнул:
– Села!
В прорези для глаз его балаклавы я видела серо-зелёные омуты, в которых не плескались эмоции, как у обычных людей. Взгляд был пустой, стеклянный, равнодушный, но в тоже время какой-то… Будто он в трансе. За его спиной промчались ещё несколько бойцов.
Раздалось три хлопка. Бас вошедших мужчин. Крик. Звон разбитого стекла. А я смотрела в его глаза и мой мир переворачивался с ног на голову, перемежая чёрное с белым, а правильное с неправильным.
– Села, блядь! – рявкнул вновь и с силой надавил на мои плечи, присаживаясь на корточки вслед за мной.
Я потрясённо перевела взгляд за его спину, но он тут же закрыл мне обзор. Только мгновение спустя поняла, что дрожу, как осиновый лист. В груди давило, а горло невыносимо саднило.
– На меня смотри. Поняла? – кивнула в ответ, выпуская из дрожащих пальцев проклятый свёрток, который шлёпнулся ему на колено.
Опустил глаза.
– Что это?
Но я не могла ответить. Горло будто кто-то сдавил, не позволяя произнести ни слова.
– Лежать! Руки за голову! – доносилось из той самой комнаты, куда ушёл заказчик.
В кармане квартир тоже происходила какая-то возня, шум и чей-то громкий крик, от которого кровь в долю секунды застыла в жилах:
– БОМБА!
Мужчина молниеносно обхватил мою голову, зажав уши и просто опрокинул на пол, закрыв собой. Мощный взрыв прострелил всё тело пронзительной волной. Сильный толчок сверху, звон в ушах и голова кругом. Последнее, что помню – это мысль, набатом бившая тревогу: «Только бы не отпускал!» А секунду спустя навалилось жуткое тошнотворное ощущение, и я провалилась во тьму.
2
Десятью минутами ранее
– Готовы?
Я внимательно вгляделся в окна на нужном этаже, но ничего не обнаружил. Годами воспитанная интуиция тревожно ёжилась в груди, сбивая с нужного настроя. Плохо.
– Окна – чисто.
– Площадка – чисто.
Машина медленно подъезжала к подъезду. Как раз в тот момент, когда дверь открывала симпатичная невысокая блондиночка. Просто куколка, сжать бы в руках, чтобы напряжение снять, уткнуться носом в хрупкое плечо и драть пока не… Чёрт, Стас, о чём ты думаешь?!
Выдохнул, в тысячный раз вспоминая план дома и квартир.
Бля, две хаты Духов и хрен его знает сколько у них оружия. Агенты, конечно, хорошо осведомили, но в этот раз есть большой шанс не вернутся живым, не то, что целым… А может оно и к лучшему?
– Север, вы где? – глухо вопрошает командир. – Ждём только вас.
– На подходе, – шипит рация.
Сука, поджилки трясутся.
Говорила мне мама «Иди на гинеколога учится», но я ж мужик! Я ж герой своей страны, мать его… Кто бы только знал, сколько нервов это звание сожрало за пять лет.
– На месте, – снова трнещит рация, заставляя нас всех напрячься.