— Ты пойдешь? — поспешно спросил Поплар. — Пожалуйста!
И они отправились в путь по пыльной дороге, ведущей вверх, в Сандфорд. Там, на склоне над ручьем, Бичен увидел несколько убогих нор и пять кротов.
Вскоре Бичен услышал рассказ о кроте, который, как он прочитал в сердце Поплара, внушает им страх. Маленькая колония образовалась, когда у Поплара и его подруги осенью появилось трое детенышей, один из которых умер. Оставшиеся в живых дочери вырыли тоннели рядом с жильем родителей, а весной явился какой-то путник и взял себе в жены одну из них. Потомства у них пока что не было.
— Мы живем тихо и мирно, избегая грайков. На вересковой пустоши, наверху, куда не заглядывают гвардейцы, мы встречаемся со своими единомышленниками и по-своему возносим молитвы Камню. Но в августе наш покой был нарушен, и теперь нашей жизни угрожает опасность. Мы не смеем перебраться отсюда, но в то же время опасаемся и оставаться здесь...— По виду остальных было ясно, что они живут в постоянном страхе.
— Вы позвали нас сюда не для того, чтобы узнать о Камне, не так ли? — нетерпеливо спросил Бичен. Поплар молчал. — Вы цените наши когти, а не сердца, — продолжал Бичен. — Ответь мне, трудно помочь тому, кто не осмеливается сказать правду.
Поплар уткнулся в землю носом.
— Итак, крот?
Поплар кивнул и, подняв голову, выпалил:
— Я не знаю, как ты об этом узнал, но ты прав. Мы услышали, что где-то неподалеку появился Каменный придурок. Говорили, что ты сильный на вид, а с тобой — двое других. Правда, я не знал, что они старые. Но я все равно подумал, что, если вы придете, тот, который нам угрожает, может испугаться и уйти.
Посмотрев на Сликит, Мэйуид изрек:
— Ну что, старуха, не очень-то мы тут нужны. А потому давай сейчас покушаем и на покой. Почему бы и нет? Ведь такие старики, как мы, могут только есть и спать. — И с этими словами он одарил бедного Поплара одной из своих немыслимых улыбок, обнажив оставшиеся желтые зубы, и снова умолк.
— Я не имел в виду... я хотел сказать... в общем...
— Расскажи нам об этом кроте. Почему вы так боитесь его?
— Он болен! — сказала одна из дочерей Поплара.
— Он угрожает нам! — добавила ее сестра.
— Он говорит, что убьет нас, если мы попытаемся уйти, — сообщила жена Поплара.
— Или скажет грайкам, что мы последователи Камня.
Имя этого крота было Букрам. Это был гвардеец, захворавший чумой. В этих краях все знали, что его выселили из Файфилда. Говорили, что он убил там своих же — гвардейцев, которые чем-то досадили ему. Он совершенно запугал кротов, возле которых поселился. Как-то в конце августа он появился на собрании последователей Камня на пустоши, накричал на них, а потом поранил одного из кротов, который с ним поспорил.
— Он говорил ужасные вещи, — пояснил Поплар, — и сорвал нашу встречу. Потом, когда она закончилась, почему-то привязался ко мне. Он шел за мной, не произнося ни слова. Мы думали, он оставит нас в покое, но вышло иначе. Букрам поселился в норе на склоне, прямо над нами, и теперь все время угрожает. Он забирает наших червей и пьет из ручья там, где мы любим пить, хотя есть много других мест. Никто из соседей не хочет нам помочь, потому что у него чума. Недавно он пришел в ярость и, напав на меня, согнал с моего места у ручья. Это хорошо обученный гвардеец. Он очень сильный и...
— Чего ты хочешь от меня?
Поплар с надеждой взглянул на Бичена:
— Прогони его. Ты мне кажешься сильным, а поскольку вы сами изгнанники, то могли бы здесь задержаться. Вы бы все нашли себе место. Грайки вас не побеспокоят.
— Но меня побеспокоит мое сердце,— сказал Бичен, обводя их всех взглядом, и страшное отчаяние отразилось в его чертах. — Ты говоришь, его зовут Букрам? Я хочу видеть его. Сейчас.
— Мы можем указать, где он живет, — с готовностью ответил Поплар.
— На пустоши, где вы молитесь, есть Камень?
— Нет, ближайший находится в Файфилде. Но никто не может туда пойти и вернуться живым.
— Вам бы хотелось, чтобы над вашими норами возвышался Камень?
— Вообще-то... да. Мы последователи, не так ли? Но здесь нет Камня и никогда не было.
— Здесь есть Камень, Поплар, но ты не можешь его увидеть. Он возвышается там, где ждет Букрам.— Подавшись к оробевшему Поплару, Бичен тронул его за лапу и взглянул на него так пристально, что тот не мог отвести глаза. — Твой камень там, где он, и пока ждет Букрам, ждет и Камень. Взгляни на него по-настоящему, крот, и ты увидишь свой Камень.
Поплар с благоговением воззрился на Бичена и, когда Бичен убрал лапу, поднял свою, до которой дотронулся Бичен, и так посмотрел на нее, словно ожидал увидеть что-то необыкновенное.