— Тенору следовало убить этого ублюдка, — сказал первый гвардеец. >
— Да уж следовало.
Бичен недолго оставался возле Файфилдского Камня. Судя по записи Сликит, пребывание там не доставило ему удовольствия, поскольку он все еще не остыл после сцены с Тенором. Букрам привел туда Бичена, и он недолго смотрел на этот древний неровный Камень. Дул влажный ветер. Казалось, он хочет сдуть на север все, на что натыкается, и даже саму землю. Ветер завывал и шумел в изгороди, утыканной колючками.
Генор с остальными шли позади Бичена и его спутников, и ноябрьский ветер ерошил их шерсть. Они как раз оказались в пределах слышимости, когда Бичен начал произносить молитву.
Но перед тем как прочитать ее, он сказал следующее:
— Здесь и неподалеку отсюда умерли кроты, мучась оттого, что были покинуты. Здесь и неподалеку отсюда Камень и тоннели дрожали от их криков. Давайте вспомним их и скажем эти слова, чтобы благодаря Камню или могуществу Слова те, кто погиб, смогли их услышать и узнать — они не одиноки и не покинуты.
Прими тех, чьи крики я слышал,
В свое великое Безмолвие;
Пусть они теперь отдохнут, пусть узнают покой.
Прими их, чтобы, когда подует ветер,
И покажется солнце, и снова сменятся времена года, Больше не слышались их крики.
Прими их в свое великое Безмолвие.
— Ты говорил о Слове, — заметила Сликит, когда Бичен умолк.
— Да, крот, говорил,— сказал Генор.
— Потому что здесь умерли также кроты Слова, Генор. Теперь ступай, крот. Защити себя. Помолись, потому что на тебе тьма!
Потом Бичен обернулся к Букраму и Сликит и, отряхиваясь, как крот, вылезший из грязной воды, в которой ему пришлось плавать, произнес:
— Мы отправляемся в Кумнор, который последователи Камня зовут ужасным, и пусть с нами идут все, кто хочет. Эти кроты Слова хотят что-нибудь узнать о Камне. Они узнают об этом не на словах, а на деле, и пусть туда идут все последователи Камня, которые могут. Пусть они вылезают из нор, в которых вынуждены прятаться, пусть испытают этого нового сидима, которого прислало Слово, пусть покажут свою веру!
Яростный ветер подхватил его призыв, а Бичен повернул на север, к Кумнору. Больше он не произнес ни единого слова, пока они не вышли из Файфилда.
Генор со своими спутниками повернул в тоннели Файфилда, и тогда откуда-то вынырнула кротиха, которую никто не видел. Вместе с двумя своими гвардейцами она наблюдала за Биченом.
— Последуем за ним? — спросил один.
Кротиха покачала головой.
— Мы уже видели достаточно, — сказала она. Затем оглянулась в ту сторону, куда ушел Генор из Нидда, и добавила: — Это он разрешил кощунство. Наша задача связана с ним, во имя священного Слова.
— Что затем, элдрен Уорт? — прошептал второй.
— Ну что же, крот, Слово пошлет нас обратно в Кумнор, и мы попадем туда раньше этого придурка, которого мы видели, и быстрее, чем летит ворон.
Они повернулись, и по траве, которую нещадно трепал ветер, пошли прочь.
Ноябрьский ветер действительно был очень сильным, поверхность реки, протекавшей южнее Гарфорда, покрылась рябью, а обнаженные ивы бешено раскачивало над водой.
— Да, — прошептала Мистл, глядя на эту унылую картину, — я чувствую волнение и вижу свет, как иногда бывало со мной летом. О, Каддесдон, я уверена, он близко.
— Лучше бы он действительно был рядом, потому что тогда я бы наконец смог отдохнуть, оставить тебя с ним и продолжить путь в одиночестве и более спокойно.
— Но ты же не покинешь меня! Я имею в виду, если мы найдем его. Это было бы... было бы...
— Для одного из нас чудесно, Мистл, для другого катастрофично. Но я знаю, что ты хочешь сказать. Поскольку мы попали в эти места и встретили многих, которые рассказывают о Кроте Камня и говорят...
— Они говорят, что его зовут Бичен!
— ...и говорят, что этот Бичен где-то поблизости... и всегда добавляют, что мы немного разминулись с ним... Сознаюсь, что я снова испытал волнение по поводу моей собственной миссии. Не думаю, впрочем, что ты помнишь, в чем она заключается!
— Отправиться в Каддесдон и начать там «что-нибудь», — быстро сказала Мистл.
— О! Да, верно. Я чувствую, что приблизился к пониманию того, что это такое.
— Каддесдон, Крот Камня реален, — страстно произнесла Мистл. — Я знаю, что он пришел ради нас, чтобы помочь нам. Я знаю, это так.
— Когда мы наконец догоним его, предупреждаю, ты будешь разочарована. Так что уж лучше мне остаться с тобой, чтобы у тебя рядом имелось плечо, на котором можно было бы выплакаться.