— Но я... — начал Бичен, не зная, как теперь взять назад свои опрометчивые слова.
— Ну что ж, как-нибудь в другой раз! — сказал Триффан, с довольным вздохом разводя лапами. — В такой летний денек кроту кажется, что он наработался на всю оставшуюся жизнь. Я с удовольствием сделаю перерыв! — И с этими словами он ушел, а Бичен остался, раздосадованный еще более, чем обычно, гадая, с какими интересными кротами собирается встретиться Триффан и какие именно волнующие дела ждут его наверху.
Но это настроение прошло, и Бичен не в первый раз задумался над тем, что это так долго и с таким трудом пишет Триффан. Крот-летописец лишь упомянул как-то в этой связи Свод законов для общины, но Бичен не знал, что это такое.
К тому времени, как вернулся Триффан, уже стемнело, и Бичен засыпал в своей норе. Он не пошевелился, когда учитель заглянул к нему и тихонько позвал по имени. Однако Бичена растрогало, что прежде, чем удалиться к себе, Триффан прошептал благословение.
Когда на рассвете Бичен проснулся, он услышал, что Триффан ворочается в беспокойном сне. Бичен некоторое время прислушивался, потом решил, что старый крот, вероятно, еще поспит. Он поднялся наверх, чтобы почиститься и раздобыть пищу для себя и Триффана. Досада на учителя, накануне не взявшего его с собой, совсем прошла, и сегодня Бичена никуда не тянуло.
Рассвет был серенький, лишь на востоке сквозь туман брезжило солнце. Воздух в лесу был сырой и холодный, повсюду лежали темные тени. Но на опушке леса запел черный дрозд, а где-то вдали встрепенулся и захлопал крыльями лесной голубь. Бичен ощутил радость оттого, что он — часть начинающегося дня, а затем нетерпеливое стремление поскорее вернуться к Триффану. Он принялся искать пищу, и во все стороны полетели листья. Бичен попил воды из лужицы, образовавшейся меж корней дерева. В ней плавал сухой мох, и на темной воде белело прозрачное перышко птенца.
Вспомнив про неотложные дела, Бичен вернулся под землю и, не стараясь передвигаться бесшумно и, вопреки обыкновению, не прислушиваясь к эху в тоннелях, обычно смущавшему его, поспешил в библиотеку.
Проснувшийся Триффан поджидал его. Свет, проникавший сюда из полого ствола, стал ярче.
— Доброе утро, Бичен! — приветствовал его Триффан. — Снова хороший денек для прогулок наверху?
Бичен знал, что любое сказанное им слово может обернуться против него, и поэтому так долго колебался, прежде чем ответить, что в конце концов оба рассмеялись.
— Что бы я ни сказал, ты заставишь меня делать противоположное!
— Нет, крот, не заставлю. Решай сам!
— Я сделаю как ты пожелаешь, — ответил Бичен,
и слова его прозвучали искренне.
Ну что же, — воскликнул Триффан, который явно был очень доволен, — я полагаю, тебе нужен свежий воздух и общество и ты должен продолжить учиться у кротов этого леса. Каждый может научить тебя многому, но мало кто из них догадывается об этом.. Я сказал Хею и Мэйуиду, что ты идешь в систему, и ни минуты не сомневаюсь, что Тизл прослышит об этом и выследит тебя. Не забудь заглянуть на участок к Мэддеру — они с Доддером расскажут тебе интересные вещи о растениях и о Слове, а также многое другое.
— А ты... как же ты будешь здесь один?
Триффан рассмеялся:
— По правде говоря, мне нужно на какое-то время остаться в одиночестве. Я так долго удерживал тебя здесь только потому, что мне не хотелось продолжать свою работу. Передо мной стоит нелегкая задача! Впрочем, писать всегда трудно.
— А что ты пишешь? — с любопытством осведомился Бичен.
— Это будет Свод законов, по которым могла бы жить община, — ответил Триффан, — подобных тем, по которым много столетий жили кроты Вена. Но хотя у Спиндла есть записи о Своде Законов Вена, их нелегко приспособить к другой системе и другим временам.
Я хочу, чтобы ты время от времени возвращался в наши тоннели и обсуждал со мной то, что узнал. Я бы пошел вместе с тобой, но теперь ты научишься большему без моей помощи. Иногда у тебя будет возникать необходимость вернуться, чтобы поразмышлять в одиночестве. Да к тому же и мне может понадобиться твоя помощь — ведь я теперь не такой проворный, как когда-то, да и вижу неважно, как тебе известно. Зрение мое все ухудшается... ну ничего, оно еще служит мне, и я смогу закончить свою последнюю работу.
Итак, отправляйся в путь, встречайся там с кротами. Передай им от меня привет и наилучшие пожелания, а если спросят обо мне, скажи, что все хорошо и я горжусь общиной, членом которой являюсь!
Бичен обнял старого грубоватого Триффана и заверил, что скоро придет и расскажет, какие новые истины постиг.