Но это также помогло им осознать, что, несмотря на очень серьезные риски, они все еще преданы своему делу.
Кайсон закрыл папку и положил ее обратно в коробку. Все это теперь было историей.
С тех пор многое изменилось. Были приняты законы. Были сделаны открытия. Их протокол был обновлен в соответствии с требованиями времени и теперь они могли действовать в рамках закона.
В основном.
Выглянув из окна кабинета, он улыбнулся, глядя на заднюю подъездную дорожку, с обеих сторон огражденную живой изгородью. Изначально команда привозила сюда людей тайно, через скрытый подъезд, чтобы не насторожить соседей. И хотя это место требовало повышенной бдительности, красивый, безмятежный особняк на холме был слишком хорош, чтобы не использовать его для помощи людям, которые когда-то были жертвами, чтобы начать исцеляться.
Подойдя к задней части дома, парень открыл французские двери и вышел на задний двор, где все еще цвел сад. Он представил, как его бабушка копается в грядках, обучая садоводству и траволечению людей, переживших травму. В памяти всплыло воспоминание, когда ему было около шестнадцати о том, как она стояла на коленях рядом с молодой женщиной, которая всего несколько недель назад бродила по улицам, совсем подросток — тогда он был ненамного старше — по локоть в грязи, с выражением абсолютного детского удивления на лице.
Боже, они изменили к лучшему столько жизней.
Кайсон закрыл двери и повернулся к кухне, проходя через огромную комнату, где они с сестрой хватали шоколадное печенье из духовки, когда едва могли дотянуться до стола, а позже помогали готовить еду для тех, кто только вернулся с лечения.
В этих комнатах царила радость.
Цель.
Исцеление.
Любовь. Любовь не только к работе, которую они выполняли, но и к людям, которым они служили. Тем, кто потом продолжал служить другим. Сеть исцеленных людей множилась и расширялась так, что они даже не могли ее измерить. Тысячи людей, освободившихся от оков травмы, теперь работали на должностях по всему городу и миру. Поначалу те, кто прошел курс лечения, помогали обеспечить продолжение проекта и успешно работали под прикрытием. Затем они работали над лоббированием изменений в законах. А теперь помогают пропагандировать лечение, повышая осведомленность и обучая других. После смерти доктора Суитона в университетах и медицинских школах появились целые направления исследований. Появились возможности для получения грантов и других программ по сбору средств. Исследования публиковались в медицинских журналах, а клиники теперь использовали те же методы, что и доктор Суитон.
В тот день Кайсон окончил именно такую медицинскую школу. Впереди у него было еще много лет учебы... ординатура, сдача экзамена на получение лицензии... Но он был так горд и взволнован тем, что стал на шаг ближе к тому, чтобы стать неотъемлемой частью команды по лечению травм, основанной на работе того, что когда-то было известно как проект «Синяя птица».
Парень услышал, как в конце коридора открылась входная дверь и послышались шаги, приближающиеся к тому месту, где он сейчас стоял, у большого кухонного окна. Кайсон повернулся и улыбнулся, когда в комнату вошел его отец.
— Так и думал, что найду тебя здесь.
Он не удивился, увидев отца. Его родители умели предугадывать, что они с сестрой собираются делать, еще до того, как они сами это решат. Это давало ему ощущение, что его знают и любят, но в то же время мешало избегать наказания, когда парень был моложе.
— Хотел попрощаться с этим домом.
Отец улыбнулся и встал рядом.
— Я тоже. Я буду скучать по этому месту. Но... новый дом довольно милый.
— Да, так и есть.
Недавно они приобрели помещение в сорока минутах езды от города, расположенное на целом акре земли. Этот дом прекрасно выполнял свои функции, но пришло время расширяться. В новом месте будут дорожки для прогулок, скамейки и много места для парковки автомобилей, которые будут перевозить только что выздоровевших пациентов на пляж, в лес или в любое другое место, которое, по мнению Джермейна Финчема, было целебным для души. Джермейн, к сожалению, скончался десять лет назад, но его сын все еще работал с командой реабилитации и создавал безопасное место для молодежи в Тендерлойне. В новом здании будет целое крыло, посвященное искусству, и сад в три раза больше того, что был здесь. Все будет замечательно, но Кайсон знал, что часть его сердца навсегда останется здесь, где он впервые стал свидетелем стольких чудес.