Ему не нравилось, что она находится без охраны в криминальных районах города и в барах, подобных этому. И он сам был в этом виноват, поэтому ему нужно было работать ещё быстрее, чем раньше.
Хорошо, что он уже был на шаг впереди неё. Док узнал Чериш, и у него было её имя. Чериш Олсен. Она прошла несколько испытаний, но в итоге не стала подходящим кандидатом для проекта. Она ушла куда-то ещё? Откликнулась на другое предложение? Имеет ли это место какое-то отношение к делу? Эмброуз не знал, но решил, что стоит заглянуть за занавес.
К нему подошёл бармен, кивнув подбородком к нетронутому виски.
— Полагаю, раз ты здесь не для того, чтобы пить, значит, ты пришёл за чем-то другим?
— Возможно. Что ещё вы здесь предлагаете?
— Я просто разношу напитки. Об этом тебе придётся спросить у Карло. Он в задней комнате. Красная дверь. Я позвоню ему и предупрежу, что ты придёшь. Тебе понадобится вот это. — Бармен положил на стойку ключ, и Эмброуз посмотрел на него, затем взял и сжал в кулаке.
— Спасибо.
Эмброуз встал, когда бармен достал из кармана телефон и начал набирать номер. Вместо того чтобы направиться по коридору, в конце которого находилась большая дверь и, вероятно, туалеты, он прошёл небольшое расстояние до двери в углу. Эмброуз подёргал ручку, и, обнаружив, что дверь заперта, воспользовался ключом, который ему только что дали. Коридор, в который он попал, был тусклым, над ним мерцала единственная лампочка, придавая пространству жутковатый вид. В конце коридора находилась красная дверь, и Эмброуз направился к ней, по пути заглядывая в другие комнаты, откуда доносились приглушённые звуки секса и рыданий. От этих звуков Эмброуз поморщился и сжал кулаки.
После того, как он постучал в красную дверь, её открыла женщина в белом бикини и туфлях на платформе. Выражение её лица оставалось скучающим, когда она отступила в сторону, пропуская его внутрь. За большим письменным столом лицом к нему сидел мужчина.
— Карло?
— Да, присаживайся, — сказал Карло.
Женщина в бикини опустилась на кушетку у стены справа от него, а Эмброуз сел в кресло перед его столом, на которое указал Карло.
— Чем могу быть полезен?
— Я здесь, потому что у меня особый аппетит, — сказал он.
Карло откинулся на спинку кресла, не выглядя впечатлённым.
— Разве не у всех нас? — Он подался вперёд, переплетая пальцы. — Мы не поставляем сюда детей. Только насилие. Если нужны несовершеннолетние, то на Полк-стрит есть детская площадка
Детская площадка.
Он сглотнул ярость, поднявшуюся в его груди от этих двух слов.
— Нет, никаких детей.
— Хорошо. Нашим девушкам и нескольким парням, если тебе так больше нравится, больше восемнадцати лет, и они охотно принимают участие в происходящем.
Он скривил губы, надеясь, что ему удалось изобразить подобие улыбки.
— Это всё, что я ищу. Однако, я предпочитаю немного «тёмные» вещи.
Мужчина наклонил голову.
— Если зайдёшь слишком далеко, то наши дела закончатся.
— Что значит слишком далеко?
— Всё, что усложнит мою жизнь или приведёт сюда власти, ясно?
Эмброуз кивнул.
— У нас есть врач, готовый приехать на дом, но он может починить только то, что возможно, так что не переусердствуй. Если одна из моих девочек попадёт в больницу, то нам конец.
— Я понимаю.
Карло пододвинул к нему папку. Эмброуз посмотрел на него, затем указательным пальцем открыл её и стал листать. Гнев закипал в его жилах, когда его глаза натыкались на одну женщину за другой. «Мясо». Этих женщин считали «мясом». Их характеристики были размещены рядом с их фотографиями, на которых один чувственный взгляд сменялся другим. Улыбки выглядели настолько натянутыми, что он удивился, как на их губах ещё не появились трещины.
Под снимками были перечислены действия, в которых они согласны были участвовать, и стоимость каждого из них. Связывание, удушение, порка, укусы, зажимы… Следующая категория называлась «Игра на грани» и включала в себя очень дорогие варианты, такие как электричество, огонь, подвешивание и ножи.
Эмброуз пролистал оставшиеся страницы, а затем пододвинул книгу обратно к Карло.
— Один из ваших клиентов, мой хороший друг, упоминал девушку. Её зовут Чериш. Я не вижу её здесь, но её очень рекомендовали.
Карло посмотрел на него с подозрением.
— Чериш здесь больше не работает. Она уволилась. Сучка решила, что она слишком хороша для этого места. — Его губы растянулись в улыбке, показав ряд крупных зубов.
— Могу я как-нибудь связаться с ней?