Ващенко: Вы лица неофициальные, и я вам в данном случае не отвечаю, я могу назвать фамилию врача, если ко мне обратится жена Плюща, а она не обращалась ко мне с этим вопросом.
Житникова (Плющ): Я прошу вас назвать мне фамилию врача, который лечит Плюща.
Ващенко: Я не буду называть фамилии лечащего врача.
Вопрос: Поскольку это ваш служебный долг, то, кроме вас, кто может ответить?
Ващенко: Вас должно интересовать, какой это врач — опытный или нет. Лечащий врач Плюща — это специалист со стажем, а фамилия его — это непринципиально.
Вопрос: Во всем мире и в Советском Союзе адвокат защищает интересов людей, которые к нему обращаются. Жена Плюща обратилась к нам как к адвокатам и для нас важно знать фамилию врача.
Ващенко: Я уже сказал. А вы — туристы и не имеете права задавать вопросы. Есть адвокатура, и разговор не должен быть в таком плане, как вы его ведете. А на медицинские вопросы вам ответили.
Вопрос: Мы представляем собой общественное мнение дружественной Советскому Союзу страны. У нас много контактов с коллегами в Советском Союзе. Мы хорошо знаем и интересуемся состоянием медицины в Советском Союзе. Имя Плюща широко известно на Западе, 500 математиков подписало обращение, в котором выразило тревогу о состоянии Плюща. И нас поражает, что на простые вопросы о Плюще мы не получили ответа. Мы и дальше будем пристально следить за судьбой и состоянием Плюща.
Заместитель начальника отдела Ященко (который присутствовал при разговоре): Мы благодарим за высокое мнение о советской медицине. Ответы на медицинские вопросы вы получили, а на остальные можете получить в соответствующих организациях.
Адвокаты: У нас еще три вопроса:
1. Что известно о состоянии Евдокимова?
Ответ: Он обеспечен квалифицированным уходом и согласно с его заболеванием находится в хорошем состоянии, его состояние не внушает тревоги.
2. Если состояние Плюща достаточно удовлетворительное, почему он должен находиться в больнице?
Ответ: В его психическом состоянии он удовлетворителен, а как больной он должен там находиться.
Вопрос: Можно ли считать состояние Евдокимова таким же, как и Плюща?
Ответ: Будет комиссия, она и решит эти вопросы.
Вопрос 3: Нами направлены приглашения на лечение во Франции Плющу и Евдокимову. Получили ли Вы такие бумаги?
Ответ: Мы не получали таких писем. Вопрос о таком лечении решает Министерство здравоохранения СССР и Министерство иностранных дел.
Вопрос: В какую компетентную организацию можно послать такое письмо?
Ответ: Мы не компетентны решать такой вопрос.
Вопрос: Не укажете ли вы адрес Министерства иностранных дел?
Ответ: Мы не имеем связей с Министерством иностранных дел и их адреса не знаем.
(Министерство иностранных дел Украинской ССР находится в 500 метрах от медотдела Министерства внутренних дел, на той же улице.)
Вопрос: Мы поражены тем, что вы не знаете адреса Министерства иностранных дел. Мы должны будем посылать такие приглашения во все министерства, пока оно попадет в нужное. Разве это нормально?
Есть ли надежда, что Плющ и Евдокимов попадут во Францию?
Ответ: На такой вопрос я не могу ответить. Это вопрос не наш.
Вопрос: Можно ли прислать медикаменты Плющу и Евдокимову?
Ответ: Если они показаны при лечении и соответствуют нашим ГОСТам, т. е. тем, по которым мы закупаем лекарства за границей.
Вопрос: Как вы относитесь к тому, что в лечении Плюща применяются такие препараты, как галоперидол и инсулин, они ведь очень вредные?
Ответ: В Советском Союзе это принятые лекарства, мы читаем литературу и знаем, что за границей они тоже применяются. И у вас во Франции. Если вы этого не знаете, то это значит, что вы не читаете вашей медицинской литературы.
(Встает: Я ответил на все поставленные вопросы.)
Нелепость происходящего обескуражила французов, для нас же это было естественным. Государство, где все анонимно: преступление, суд, палачи — только жертвы реальны; где круговая порука безответственности помогает надежно скрывать любые преступления.