Эту историю я тогда услышал впервые; впоследствии она стала достоянием широких кругов.
Кто-то пытался заснять выступления киноаппаратом. Но пленку милиционеры засветили, как только он отошёл от Бабьего яра.
После митинга Дзюба и Сверстюк поехали возложить венок на могилу М. Грушевского, выдающегося украинского историка, президента Украинской народной республики времен Центральной Рады. 29 сентября его день рождения.
Через несколько дней на работу к Е. Сверстнжу (он был редактором «Украинского ботанического журнала» — после изгнания из Института педагогики за выступление против дискриминации украинской культуры) пришел полковник КГБ.
— Куда вы ездили 29-го сентября после Бабьего яра?
— На Байково кладбище, чтобы возложить цветы на могилу Грушевского.
Кагебист начал говорить о контрреволюционной деятельности Грушевского и всякие другие несуразицы.
Сзерстюк спокойно вынул из стола газету «Литературна Украина»:
— Прочитайте, что тут пишут о научных заслугах Грушевского.
— Да как они посмели!..
Разговор окончился. После этого действительно больше никто в советской печати не писал ни одного доброго слова о Грушевском.
Дзюба мне рассказывал еще одну интересную деталь
его выступления в Бабьем яру.
К нему подошел некто в штатском, представился работником уголовного розыска и тихо шепнул:
— Тут много кагебистов. Берегитесь!
Я все чаще встречался с украинскими патриотами разного толка. Я буду о некоторых из них рассказывать в дальнейшем, а сейчас остановлюсь на «культурниках» и «хуторянах». Культурники — художники, музыканты, литераторы, артисты и режиссеры и другие представители искусства. Они развивают украинскую культуру, собирают фольклор, устраивают хоры, возрождают старинные обряды.
Однажды меня повели в частный музей скульптора Ивана Гончара. Гончар у себя дома собрал большую коллекцию предметов народного искусства и старинную утварь запорожских казаков, рушники, картины, иконы, «пысанки», казацкое оружие и т. д.
Места у него мало, поэтому он с трудом размещает только часть своей коллекции.
Когда заходит гость, то ему ставят магнитофонные записи народных украинских песен, казацких дум.
На столе — книга отзывов. Я видел уже три тома. Записи не только украинцев, но и немцев, японцев, русских, евреев, крымских татар; записи на многих языках.
На меня многое произвело впечатление чего-то нового, чего нет в официальных музеях.
Хирург Эраст Биняшевский собрал несколько тысяч «пысанок». Пысанки — яйца, которые покрывают различными узорами и рисунками и приурочивают к Пасхе. Но обычай идет еще с древних, дохристианских времен и связан с украинскими мифами. (Пысанки — одно из наиболее оригинальных и прекрасных произведений украинского народа.)
Не только в каждой области, но и в каждом селе прежде была своя традиция расписывания яиц, свои рисунки. Но сейчас на Восточной Украине пысанок все меньше, и их эстетическая ценность падает, т. к. рисунок становится постепенно мещанским и соцреалистическим. На Западной Украине искусство пысанок тоже падает, но все же можно найти высокохудожественные, а среди них древние по мотивам.
Биняшевский добился издания альбома «Пысанок». Большинство тиража ушло за границу: валюта нужна, да и пропаганда расцвета украинского искусства при советской власти нужна.
Биняшевский мечтал о втором альбоме, дополняющем первый новыми видами пысанок, но вряд ли ему это удастся: КГБ перешло в наступление и против «культурников».
Формально к культурникам примыкают «хуторяне», или «галушечники» (аналог русским «квасным патриотам»). Их патриотизм заключается в ношении «формы» украинца (казацкие усы, вышитая рубашка) и в пении украинских песен. Они боятся и не любят таких, как Сверстюк, Мороз, — зачем дразнить власть, навлекать на Украину гнев Москвы. Многие из них, украинских либералов, ненавидят другие народы. Ненависть часто исходит из комплекса неполноценности и страха.
Одна из «хуторянок», И. И. С. — потомок знатных украинских фамилий, чуть ли не из Рюриковичей, первых киевских князей. Она — символ старой Украины для многих патриотов, даже «культурников» (мы, украинцы, — народ сентиментальный).
Однажды, вскоре после судов 66-го года, она рассказала нам трогательную историю.