Так заявились имперцы к гномам, искуснейшим мастерам артефакторики всех времён, с просьбой создать желанный предмет.
И выковали кузнецы подгородной долины волшебный венец. Из драконьих костей и пепла первого Предка, из живой крови правителя Рована и магических самоцветов, из шёпота призраков в фамильных гробницах и слез потерявших детей матерей.
Так родился на свет Венец Предков, что сам появлялся на коронации нового правителя Империи и давал людям отличить человека от нелюдя чашуйчатого. Он определял истинного наследника.
Я захлопнула книгу и откинулась на подушки. Так вот где я слышала историю про Венец? Из сказки. Возможно, мне её даже Юс читал в детстве.
И вот ответ, почему во время его коронации Венец Предков не появился. Братец — тот самый дракон из предсказания. Вот так и думай, что сказки — лишь сказки, м-да…
Плохо, что никакой подсказки по месту схрона артефакта я не получила. А соглашение моё с Генеем ещё в силе, ему зачем-то сдалась эта корона. Хотя, понятно зачем. Без фамильного венца власть Юлиуса можно оспорить, на чем он и собирается сыграть.
Но кое-что в сказке меня всё же зацепило:
«...боролись от начала веков».
Почему империя Рована так отчаянно сопротивлялись драконам? Ненавидела? А драконы стремились поработить Рована? Понятно, что крылатые ящеры – захватчики, но разве нашим соседям – да и нам сейчас — плохо живётся под их управлением? Странно. Не логично.
«Из драконьих костей…».
Не слышала, чтоб у нас в замке где-то хранились драконьи кости. А ведь я и в сокровищницу умудрилась краем глаза заглянуть (Юс показывал). Там нет никаких скелетов. Только золото и драгоценности.
«…в фамильных гробницах».
Гробницах, гробницах. Я всегда считала, что на территории дворцового комплекса всего одна гробница. Вернее – склеп.
В дверь постучали. Я отозвалась, и в мою полукруглую клетку комнату заглянула Клото.
— Миледи, у вас через полчаса урок танцев.
— Ох, спасибо, что напомнила, — я подорвалась с места, убрала книгу в ящик прикроватной тумбочки и улыбнулась няне. – Поможешь переодеться?
— Конечно! – кивнула она и поспешила на помощь. Сноровисто расшнуровала моё домашнее оливковое платье изо льна и так же ловко надела да принялась затягивать «выходное» из фиолетового атласа.
— Почему не доложила обо всём Юсу? – спросила я, глянув на неё из-за плеча. – Почему поддерживаешь меня?
Не осуждала и не язвила. Мне правда интересно.
Пальцы Клото дрогнули. Она потупилась, но вскоре снова принялась за дело, закончила с платьем и начала сплетать мои волосы в косу, чтоб закрепить вокруг головы.
— Я считаю неправильным, что господин держит вас в заточении, – нехотя призналась няня. Грузно вздохнула. — Вы ещё такая молодая, красивая, вам венчаться надо, на балах кружить и с лордами кокетничать, а не чахнуть срезанным цветком в Одинокой Башне.
— Если Юлиус узнает… — мрачно начала я и запнулась, осознав, что недавно именно Клото этими словами пыталась образумить меня от аферы с проникновением на бал-маскарад, а теперь мы, словно местами поменялись. Так вот что чувствовала няня?
Скривила губы.
— Если узнает, — вернула мне няня мои же слова и лукаво блеснула карими глазами. Я аж воздухом подавилась, а она нахлобучила мне на голову тёмный парик и вновь стала серьёзной, нахмурила брови. – Не волнуйтесь, миледи. Даже если меня сурово накажут… — вздох. – Я пожила уже достаточно. А у вас вся жизнь впереди, и я молюсь, что она пройдёт за пределами этой башни и будет счастливой, с достойным и любящим мужчиной.
— Я тоже, — пробормотала, отвернувшись к распахнутой двери балкона, за которым начинался сад и… свобода. – Я тоже об этом молюсь.
***
Урок сегодня проходил нудно, и как мне казалось, бесполезно. Учитель играл пассажи на рояле, а я под его настойчивый счёт и понукания отрабатывала движения, шаги, изящные повороты… без партнёра. И в этом видела главную проблему.
Я же знаю женскую партию, что этого танца, что других. Теория у меня хороша, а вот практики с парой почти нет. Именно её мне не хватает. Именно поэтому я отдавила Дэмиану все ноги, когда мы танцевали в тот злополучный вечер.