Но учитель считал по-другому.
Считал меня лентяйкой и неучем. А ещё, подозреваю, кривоногой коровой на льду и слоном в посудной лавке. Ведь и его ноги за прошлые уроки я знатно оттоптала.
А нечего на меня ворчать и фыркать! И смотреть так уничижительно. Я злопамятная!
Ему ещё повезло, что я в домашних балетках, а не на каблуках (последних, увы, нет).
— Как наша ученица? – раздался за спиной насмешливый голос, пробирающий до мурашек. Учитель сбился с нот, я с шага, запнулась о свою же стопу и полетела на паркет, хватая ртом воздух. От феерического падения мордой в пол меня удержала крепкая тонкопалая мужская рука.
Она же вернула обратно в вертикальное положение.
— Ученица была нормально до вашего появления, маркиз, — я обернулась и полоснула его точёное лицо ледяным взором. Учитель крякнул, а уголки губ Генея дрогнули в намёке на усмешку. – Нельзя же так подкрадываться!
— Простите, миледи, — притворно повинился он и даже поклонился, прижав ладонь к груди. – Привычка. В качестве извинения позвольте стать вашим партнёром и оценить ваши, несомненно, огрооомные успехи.
Он потешался, гад, и галантно протягивал мне ладонь. Я уставилась на неё, как на притаившуюся гадюку, хмыкнула и вложила свои пальчики.
Хотела же всех переиграть, Эрис? Так действуй. Они все ещё пожалеют, что недооценили тебя.
Коварная женщина – опасна. Но ещё опаснее — обиженная коварная женщина.
Что не раз доказывала моя мать.
— Совсем скоро состоится бал, — в полголоса заговорил Геней, когда заиграла музыка, и мы начали танец. – На Праздник Сбора урожая. Идеальное время для твоего дебюта. – Он властно надавил мне на талию, заставив прогнуться и прижаться к его крепкому торсу сильнее, закружил.
Ноги едва успевали касаться пола, дыхание перехватило, я опомнилась лишь, когда мы оказались едва не в конце зала. На значительном расстоянии от учителя.
Хитрый дракон заговорил снова:
– Как помнишь, нашему мятежу нужны сторонники. У меня есть парочка подозреваемых, я представлю тебя им и очень надеюсь, ты постараешься заручиться их симпатиями.
— Какого толка? – деловито уточнила.
Маркиз наградил меня прищуренным взглядом. Всё правильно понял.
— Их любовь вам не нужна. Для начала достаточно намекнуть, что вы есть и готовы сместить брата. Поверьте, некоторым из них хватит простого знания, что вы существуете и даже живы. И не светите своим умом.
Я выгнула бровь. Ну, здрасти-приехали!
— С чего вы взяли, что я умна?
Он усмехнулся углом рта.
— Азалия Рована не могла воспитать дуру. Она была прожженной интриганкой, умудрилась соблазнить императора и долгое время держалась в фаворитках… пока не появилась мать Юлиуса. Н-да. Одним импульсивным поступком, она перечеркнула все свои достижения и ваше будущее. И продолжала совершать роковые ошибки, когда слушала не голову, а чувства. Надеюсь, в этом вы отличаетесь от матери?
Я во многом от неё отличаюсь, но молчу.
Стиснула зубы и отвернулась:
— Ненавижу аристократов.
«Драконов в том числе».
И пусть не уточнила этого, маркиз все понял. Вон как яро полыхнули его голубые очи, а излом усмешки стал жёстким. Б-р-р, мурашки по коже!
Я же задела его гордыню. Драконов нельзя не любить, они же самые-самые, красивые, умные, благородные, исключительные. Ну-да, ну-да!
— Сказала принцесса, — хмыкнул он.
— Опальная.
— И всё же, — не соглашался Геней. Усмехнулся. – Скажите, к чему было ваше высказывание? Это вы так тонко намекнули, что можете выкинуть что-то из-за своей неприязни?
— Кто знает? — промурлыкала я с загадочной улыбкой. — Я девушка непредсказуемая, держите со мной ухо в остро, маркиз.
Он поджал губы, скептически осмотрел меня с головы до пят. Ну-ну! Будет недооценивать — ему же хуже.
В молчании мы сделали несколько танцевальных поворотов.
— А как продвигаются поиски Венца? — спросил ехидный ящер. — Подозреваю, никак.