— Ты здесь не узник. Я дам тебе хорошую характеристику, — говорю я.
— Пошел ты, Митч! — рявкает он, схватив очередную папку, я решил сбить спесь с него.
— С кем, по-твоему, ты разговариваешь? — повышаю я голос. — Я твой босс, Кайл, не какой-то панк с улицы! Я надеру тебе задницу по самые уши, если ты будешь говорить со мной в таком тоне!
— Надери мне задницу по самые уши, Митч! Со сколькими парнями ты распрощался, прежде чем я пришел? Ты думаешь есть еще один бедный чувак, который согласен мириться с твоим дерьмом и по-прежнему уважать тебя в конце рабочего дня? — кричит он в ответ.
Я задумываюсь на секунду.
— Нет, — честно отвечаю.
— Точно… так что пошел ты, Митч! — отрывисто произносит он снова. Панк, — добавляет себе под нос.
Я пытаюсь сохранить серьезное выражение лица, но, несмотря на все свои усилия, начинаю смеяться. Кайл терпит неудачу таким же образом.
— Я ненавижу тебя, парень.
— Да… я ненавижу тебя тоже, — ухмыляется он.
Через несколько минут, я бросаю файлы на стол.
— Я просмотрел, похоже выглядит неплохо. Ты нашел что-нибудь?
— Нет, парень... это убедительно, — он вскидывает голову и откидывается на спинку кресла.
— Прости, Кайл, — я прочищаю горло.
— Забудь об этом, Митч. Я не думаю, что для меня, в любом случае, найдется будущая миссис, — говорит он, уставившись в стену напротив него.
— Не говори так, парень. Взгляни на меня, — я пожимаю плечами. — Никогда, даже за миллион лет я не думал, что у меня может быть Шарлотта.
— И что ты сделал с этим, парень, повел себя, как последний засранец и оттолкнул ее? — усмехается Кайл.
— Я... Я... не знаю. Прошло много времени с тех пор, когда я испытывал такие чувства. Мне страшно. Я возбужден. Теперь я просто боюсь, — я облокачиваюсь на стол и кладу голову на руки.
— Ты слабак! — говорит Кайл.
Я рывком поднимаю голову, оставляя руки на столе.
— Мужик!
Это все, что у меня есть. Я котик. Черт побери… что со мной не так?
— Ты потеряешь ее, Митч! Я говорю с тобой как твой друг сейчас. Ты хочешь ее потерять! — он раскладывает папки. — Я не знаю, что случилось с твоей женой.
— Она умерла, — говорю я, прерывая его.
— Вот дерьмо, — его голос наполнен раскаяньем. — Мне очень жаль, Митч. Когда? Как?
— Двадцать лет назад. Ее сбил пьяный водитель, она ждала ребенка. Я потерял ее и Изабеллу в один день, — я судорожно вздыхаю. Я никогда не говорил об этом, ни одной живой душе. Никто, кроме людей, которые тогда были в моей жизни, не знает.
— Господи, — говорит Кайл себе под нос.
— Келли была любовью всей моей жизни. Никто не помог ей. Никто никогда не занимал мои мысли, сердце, только она, — я по-прежнему ощущаю, словно у меня внутри открылся какой-то шлюз, и я не смогу сейчас остановиться, даже если попытаюсь.
— Пока не появилась Шарлотта, — у Кайл появляется еле заметная улыбка.
— Пока не появилась Шарлотта, — соглашаюсь я. — Я не осознавал этого до тех пор, пока ты мне не сказал, что я «изменился». Именно тогда я понял, что забываю почитать Келли. И чувство вины, так сильно ударило по мне… я не мог дышать.
— Чувство вины? — он хмурит брови. — Вины за что? Я не знаю, Келли, но, если она любила тебя так сильно, как любил ее ты, я сомневаюсь, что она хотела бы видеть тебя несчастным и одиноким всю оставшуюся жизнь. Как ты думаешь, что она бы предпочла — проводить ночи в одиночестве, или все же пойти домой к кому-то, кто любит тебя так же сильно, как она? Кто достоин твоей любви в результате.
— Ты не понимаешь. Я должен был быть с ней в ту ночь, но я работал допоздна, — я встаю и направляюсь к окну, наш последний разговор всплывает в моей голове.
— Эй, Мамочка, я ухожу.
— Ох, хорошо! Я встречусь с мамой заберу десерт, и буду ждать тебя дома. Винк-винк, — она хихикнула.
— Опять, милая? Ты убьешь меня! — засмеялся я.
— Он дергается, правда ведь?
— Я понятия не имею, — я пересел в свое кресло.
— О, я думаю, что имею. Не волнуйся, малыш. Я сделаю тебе массаж, который тебе понравится, — я мог слышать ее улыбку.