—Конечно спрашивал и не раз.
—И что вам отвечал адвокат? – с любопытством поинтересовался я.
—Что это только предчувствие старика, лучше помолчит, пока ещё нет весомых доказательств против Уильяма. полагаю наш адвокат ищет того, чего нет и быть не может.
—Не был бы я в этом так уверен, – задумавшись протянул я и поинтересовался, – а вторчое простите не должен этого спрашивать.
—Ничего, Мистер Чарльз, – улыбнулся Стивен и ответил, – если я без особых причин (болезнь сёстры или что-то похожие) брошу учёбу, моя часть наследства достанется Джону, а часть Берты получит Билл, если сестрёнка выйдет, замуж не дождавшись двацатого дня рождения.
—Знает ли малыш…, простите Берта – это условие - взволновано спросил я, потому что вдруг предчувствие мне зашептало, что здесь, наверное, скрывается секрет девочки.
—Да, и когда в последний раз говорили об этом, Берта собиралась его выполнять.
—Когда это было? Знает ли Мистер Уильям — это условие?
—Приблизительно год тому назад. Конечно, иначе и быть не может мы ведь семья.—Очень хотел бы, мистер Стивен, чтобы Уильям также думал и вёл себя подобающе, но я не совсем уверен в этом.
—Мистер Чарльз, прекратите наконец подозревать Билла (он уже не ребёнок, Берту обижать не будет, как раньше) и успокойтесь, пожалуйста.
—Хорошо, постараюсь, хотя это сделать мне будет не легко, – открыто признался я и улыбнувшись добавил: – А сейчас, если можно, мистер Стивен, очень хотел бы услышать ответ на третий вам уже известный вопрос.
—Конечно, – произнёс он и поколебавшись продолжил, – но побаиваюсь, что эта старая история о взаимоотношениях четверых детей может вызвать у вас ещё большее недоверье к моему хмурому двоюродному брату Уильяму, а я этого действительно очень не хотел бы.
—Не волнуйтесь, пожалуйста, мистер Стивен, и позвольте мне хотя бы во время этого путешествия охранять, опекать и позаботиться о вашей милой сестрёнке, мисс Берте.
—С удовольствием и был бы вам за это очень благодарен, мистер Чарльз.
—Нет, это вам спасибо за оказанное доверие.
—Примерно в то время, ― снова начал рассказывать мой собеседник, ― когда мы сами начали заботиться о своих пони, заметил, что Берта перестала притворятся, а действительно повеселела. Свои десерты ела сама. Только мне показалось, что исчезла её искренность, доверие и сестрёнка избегала даже моего взгляда. Так всё складывалось хорошо, если не упоминать того, что наши отношения были полярными и только Джон всё это трудное время сумел остаться независимым и дружелюбным, как для Уильяма с Бертой, так и со мной. Однако эти положительные перемены в поведении Берты не только не уничтожили моего беспокойства, подозрения, но ещё больше их усилили, и я начал серьёзно, внимательно следить за двоюродным братом и дорогой сестрёнкой желая наконец выяснить, что здесь происходит. Как-то раз едва вступив на конюшню, услышал вопрос, который очень удивил меня, тогда я тихо спрятался и задержав дыхание стал слушать интересный, таинственный разговор:
«Почему ты уже два дня заботишься только о своей «Золотой стреле», а не о моём «Папильоне?» ― требовательно спросил брат и вскоре добавил: «Я ведь не только плачу тебе за работу, как договорились, но знаю одну вещь и храню твой секрет, который узнал совершенно случайно. Полагаю, ты действительно не хотела бы, чтобы об этом узнали родители, потому что будешь так сильно наказана, как ещё ни один отец не наказывал свою девочку».
«Потому что забочусь о тебе дорогой Уильям и не хочу, чтобы ты лишился своей «Бабочки» и не угрожай мне, пожалуйста, если ничего не замечаешь. Я так же знаю, кое-что о твоих делишках и могу в любое время рассказать папе. Тогда тебе уже не поможет и то, что ты являешься его любимчиком ― гостем".
«Говори быстрее, что заметила, не изображай из себя храбрую, потому что сама не святая и берись за работу пока я не рассердился».
«Не возьмусь, потому что почти уверена, что за нами следит Стив и он поспешит донести папе, как ты ведёшь себя со мной. Тогда не только ты, но и я могу лишиться своего пони, а этого я действительно тебе не прощу. Так что мой дорогой Билли, ты очень любишь «Папильона» и хочешь сам о нём заботиться, правда?!»
—Хм-м-м…― промурчал Уильям и спросил:
«Зачем ты копишь заработанные деньги? Что намерена покупать?»
«Ещё не знаю»
«Врёшь! ― воскликнул Билл, «потому что торговалась со мной о большей оплате, хотя сама получаешь немало карманных денег».
«Я не вру, это знают все, но иногда кое-что умалчиваю».
«Думаешь я поверил в эту твою сказку о братике – сыщике?! Нет. Ты просто отлыниваешь от работы, поэтому я сейчас тебя проучу» ― и дал Берте пощёчину.