Но это все весьма отдаленная перспектива, пока мне требовалось разобраться с потерями не для телепортации, а просто для управления. Откровенно говоря в мыслях моего непосредственного начальника считающего меня выскочкой были мысли о том, что этот проект поставит меня на место, так как это своеобразная проблема над которой бьются уже больше десяти лет и в лучшем случае ежегодно удается потери всего на пару процентов.
Я же по этому поводу не переживал, основная проблема ксртова была в том, что они на ментальную энергию смотрят просто как на еще один вид экзотической энергии и разбираются исключительно с точки зрения биологии.
Своих менталистов было очень мало да и те были либо жертвами экспериментов либо аморальными уродами пошедшими на умертвление большого количества своих сограждан для усиления ментальных способностей.
Обе категории граждан обладали гораздо меньшими знаниями по менталистике чем я. Да и не работали они на производствах, случайные жертвы экспериментов в основном работали на спецслужбы, а вторая категория менталистов сторонилось государственных структур как ктолько можно.
Я же зная зная особенности ментальной энергии смог всего за пару дней вычислить параметры излучателя который формировал управляющие волны ментальной энергии для того чтобы потери уменьшились в три раза, можно было и лучше, но не следовало показывать сразу все на что я способен.
Зная параметры я использовал центральный супермозг завода выполняющий роль суперкомпьютера для моделирования жизнеспособного организма с необходимыми параметрами.
Так что уже под конец недели я смог начать выращивание первого излучателя ментальной энергии с потерей всего в тридцать процентов от затраченного количества энергии.
— Тебя вызывают к директору, — произнес мой непосредственный начальник когда я закончил работать над проектом и запустил его выращивание.
— Сейчас иду, — произнес я зная, что никто меня не вызывает, этот урод узнав, что у меня все получилось решил испортить мой проект и пока я буду разбираться, что произошло не так присвоить изначальный проект себе и получить огромную премию.
— Давай быстрее, а то я напишу на тебя докладную, — произнес он стараясь скрыть свою нервозность.
Как выяснилось в академии наук была премия, за каждый один процент уменьшения потерь ментальной энергии давали сто тысяч пегатов. Другими словами то что я сделал могло принести мне шесть миллионов пегатов.
А это очень много, даже если убрать обязательные налоги получалось четыре миллиона и восемьсот тысяч пегатов. Для сравнения орбитальный челнок стоит вырастить около трех миллионов. Космический внутрисистемный малый грузовик двадцать миллионов, межзвездный сто десять миллионов.
Перед тем как уйти я залез в сознание ублюдка решившего за мой счет обогатится и тот стоило мне уйти сразу приступил к оформлению патента на конструкцию, вот только не на свое имя, а на мое.
Ох и удивится он когда придет ответ из патентного бюро, но мне все равно. Не хочет своим умом зарабатывать то пусть хоть поработает вместо меня для моего обогащения.
— Меня Нико Брани послал, — произнес я находясь в приемной, — Он сказал, что директор вызвал меня.
— Вы наверное ошиблись, директор сегодня в командировке на орбитальной станции сдает первые пять кораблей партии «Тремори Имотикс», — произнесла секретарша.
— Странно, — произнес я и продемонстрировал запись со своего коммуникатора на которой мой начальник посылает меня сюда. По привычке с мира серых я всегда все пишу для того чтобы иметь доказательство чего либо.
— Сейчас посмотрим, — произнесла секретарша, — А вы знаете, что у вас сегодня прогул?
— Первый раз слышу, — ответил я удивляясь, я не углублялся в память Нико об сегодняшнем утре вот и не узнал об этом, — Но у меня есть запись, я весь день работал.
— Я поняла, — мило улыбнулась она, — Опять он за свое, как вам климат в коллективе в вашем отделе?
— Нормально, но я не особо общительный, — произнес я.
— Значит вы не дрались в баре двадцать первого числа со своими коллегами? — спросила она у меня. — И не пытались вынести носитель с чертежами нового типа нервной ткани с завода?
— Нет, я ничего этого не делал и у меня есть записи за все эти дни, — произнес я.
— Это очень хорошо, — произнесла секретарша, — Скидывайте мне на почту я передам внутренней службе безопасности и с вас снимут обвинения, а то оказывается вы уже находитесь в красном списке как возможный шпион, — усмехнулась она.