Он лишь хмыкнул, делая очередную затяжку.
— Давай возвращаться? А то Ольга Павловна нас точно потеряла, — сменила я тему.
Громов затушил сигарету, а потом подошел ко мне. Протянул руку и помог мне подняться с земли.
Я оказалась заключена в его объятия, и сердце предательски сжалось в комочек. Видела, как пленительно смотрел на меня Виктор. Его взгляд затуманился, а у меня во рту все пересохло, дыхание сбилось. Сердце словно пинок получило, застучало быстрее, в голове поднялся гул, а на душе творилось черте что.
Громов нежно провел пальцами по моей щеке. По моей коже побежали мурашки. Колени задрожали, а мышцы налились свинцом.
Что он со мной делал? Зачем гипнотизировал? Я интуитивно отрицательно покачала головой, чтобы Виктор держал себя в руках. Почему я не применила к нему приемы самообороны? Наверное, потому что понимала, что Громова это только распалит еще больше. А тогда его даже бронетанк не остановит. С ним нужно было наоборот замереть и притвориться дохлой мышкой, чтобы у хищника пропал интерес охотиться. Виктора возбуждало насилие и грубость, он и меня такой воспитал, под стать себе, поэтому и считал, что мы идеальная пара, ведь я не знала, что такое нормальные отношения. Ваня тоже любил жесткость…
Хотелось крикнуть: «Витя, дыши, не поддавайся соблазну, ты же слово дал».
Однако ни звука произнести не успела. Лопатками ощутила корявый ствол дерева. Виктор с силой припечатал меня, чтобы я с места не могла сдвинуться. Запустил руку в мои волосы, обхватил затылок. Его глаза опасно сверкнули, и в тот же миг я ощутила влажные губы на своих губах.
У меня голова закружилась от нахлынувших эмоций. Язык Виктора смело и бесцеремонно проник в мой рот, и, поддавшись его напору, я все же отдалась во власть греховного искушения и более не противилась. Зажмурилась, понимала, что совершила очередную глупость, ответив на поцелуй, а с другой стороны Виктор все равно бы получил желаемое, если не добровольно, то применил бы силу, как это делал раньше.
Поцелуй получился пылким и страстным. Витя надежно удерживал меня на месте, чтобы я не смогла вырваться из его плена. Его не остановила даже рана, которая начала кровоточить под повязкой. Свободной рукой сжал мою грудь, а я не сдержала стон, который тут же был поглощен мужскими губами. Адреналин расплескался по крови, а сердце… Оно не колотилось, не замирало, а словно плюхнулось куда-то вниз, как лягушка на болотистый берег. Душа металась между двумя состояниями — восторгом и страхом.
— Нет… Нет… — шептала с отчаянием, в промежутке, между его поцелуями.
Стыдно, потому что трепетала от прикосновений Виктора.
— Маленькая моя, — шептал он, покусывая, терзая мой рот. — Родная моя. Забудь ты про Ваньку хоть на минуту. Подари один поцелуй. Я не трону тебя, обещаю, — сказал, посмотрев на меня нежным, чарующим взглядом.
Господи! Витя! Он лишал меня остатков здравого смысла. Демон внутри меня одержал вверх над светлой стороной. Обхватила голову Виктора, пальчиками быстро перебирала его волосы, а потом заскользила по крепкой шее. Он не выдержал, приглушенно зарычал. У меня от этого звука в животе затянулся тугой узел. Словно тысячи иголочек вошли в мои клетки, будоража их. Громов жадно терзал мои губы, а я тоже самое делала в ответ. Витя сильнее прижал меня к стволу дерева, лихорадочно блуждал руками по моему телу, которое когда-то принадлежало ему. Оторвался от моих губ и покрыл шею поцелуями, остановился на моей бешено пульсирующей венке. Я чуть не умерла от эмоций. Разряды электричества проходили по позвоночнику и устремлялись в сердце.
— Витя, — прошептала предостерегающе.
Он сжал кулаки до хруста, закусил нижнюю губу, и, судя по всему, взяв себя в руки с большим трудом, отстранился. Я жадно глотала воздух, пытаясь совладать с собой. Провела пальцами по припухшим губам. Что это было? Зачем я позволила ему поцеловать себя? Что со мной не так? Накатило чувство стыда, щеки пылали.
Громов улыбнулся одними уголками губ, развернулся, молча двинулся в сторону дома, а я растерянно смотрела ему вслед. Противоречивые эмоции окутали с ног до головы. Виктор поцеловал меня так, словно знал, что это в последний раз. Я приложила руки к груди, и попыталась успокоиться, вот только ни черта не получалось. Тяжело вздохнула и отправилась в сторону дома. Виктор шел медленно, поэтому я быстро его догнала. Когда оказались в доме, нам навстречу вышла Любовь Ивановна. Заметив меня, она удивленно вскинула брови.
— Ты что здесь делаешь? — с раздражением прорычал Громов, а Люба, заметив его яростный взгляд, поежилась.