— Ты как? — поинтересовался Артем.
В голосе сталь, но с нотками волнения. Мое сердце сжалось до боли, потому что осознала, как сильно я соскучилась по этому человеку. С шумом втянула в легкие воздух и на одном дыхании проговорила:
— Все в порядке. А ты как?
— Жду тебя сегодня в шесть вечера на нашем обычном месте. Есть разговор, — спокойно сказал Артем, но по интонации поняла, что это приказ, а не предложение.
— Хорошо, — согласилась я и тут же услышала гудки.
Романов держался со мной отстранено, как будто мы чужие, и это больно задевало за душу.
Когда рабочий день подошел к концу, я попрощалась с сотрудниками, сказала Ване куда собралась, он, конечно, был не в восторге, но препятствовать не стал. Натянула шлем, села на своего любимого железного коня и под свист колес сорвалась с места, покинув автосервис Виктора. С братом мы всегда встречались в одном и том же кафе. К заведению я подъехала ровно в шесть. Когда вошла внутрь, Артем уже сидел за столом, мрачный и задумчивый. Уверенным шагом подошла к нему. Вместо жарких объятий, к которым привыкла, он кивнул мне на стул, который стоял напротив. Испытав разочарование и тоску, опустилась на свое место. Тёма смотрел мне в глаза несколько секунд, что он там пытался отыскать, я не знала. Нарушать тишину не стала, все же это он позвал меня на встречу, а не я его.
— Как самочувствие? — нарушил он тишину.
К нам подошел официант, и мы отвлеклись на него. Сделали заказ.
— Недавно вернулись с Ваней с моря, — беззаботно ответила, хотя кожей ощущала, как наэлектризовался воздух вокруг нас с братом.
Его тяжелая энергетика пыталась затоптать мою. Романов прищурился, чуть склонил голову на бок, продолжая пилить меня взглядом.
Я молилась, чтобы он не спросил про беременность. Знала, что Артем пристрелил бы меня на месте. Хорошо, что он был не в форме, а в футболке и джинсах и без табельного оружия.
— Я вижу… Загар классно смотрится, — печально усмехнулся он.
Я понимала, что брат пытался сказать о чем-то, но разговор никак не клеился, чего раньше никогда не было. Мы знали друг о друге каждую мелочь, а в тот момент казались чужими.
— Тема, прости меня, — прошептала, накрыв ладонями его руки.
Брат отдернул руки, словно ему было противно притрагиваться ко мне.
— Хочу, чтобы ты меня выслушала и не перебивала. Договорились? — строго спросил он, а я утвердительно кивнула. — Я ради тебя рисковал карьерой, ради тебя одной ногой увяз в дер*ме, пошел тебе навстречу и выпустил Тарасова, чтобы не потерять сестру. Надеюсь, ты понимаешь, что это первый и последний раз, когда я поставил личные интересы выше закона? — вопросительно посмотрел на меня, а я снова кивнула. — Отпустил я его только потому, что он мелкая рыба. Дружки, которые попались с ним, представляют большую ценность, чем Иван. Их я отправил на суд. Но, тем не менее, Тарасов тоже преступник, и по нему плачет тюрьма. Хочу, чтобы ты осознавала, что я наступил себе на горло ради тебя. Осознаешь? — вскинул он брови, а я уверенно кивнула. — Яна, я все делаю для тебя, а теперь пришел просить помощи у тебя. Сможешь кое-что сделать, чтобы помочь мне?
— Тёма, все что угодно! — воскликнула я, цепляясь за соломинку.
Брат никогда ни о чем меня не просил, и, конечно же, я не могла ему отказать. Вот только что ему нужно?
— Отлично. У меня одноклассник работает в хорошей клинике. Я позвонил и договорился с ним. Послезавтра тебя примут на несколько недель, окажут помощь, а потом отпустят домой. Насильно тебя в больницу отправить не могу, и они не смогут помочь, если человек не хочет проходить лечение добровольно. Если ты не сделаешь это ради меня, я натравлю весь свой отдел на Тарасова, и, поверь мне, они найдут за что его посадить. Выбор за тобой!
— Ты меня шантажируешь? — выдохнула я, приоткрыв рот от удивления.
— Да, Яна! Как ты ко мне, так и я к тебе, — хмыкнул он, прожигая меня тяжелым взглядом.
— Тёма, я согласна. Пройду лечение. Ты меня отвезешь к врачу? — спокойно спросила я. Романов удивленно заморгал. Наверное, не ожидал, что я так быстро сдамся. Ведь раньше противилась и ни в какую не хотела ложиться. Я же не псих! Но раз брат попросил, я на все готова была ради него.
Взгляд Артема потеплел. Брат накрыл мои руки своими горячими ладонями и крепко сжал. Облегченно выдохнул.
— Яночка… Я так рад. Вот увидишь, там приведут тебя в норму. У меня душа не на месте из-за тебя. На работе ни о чем думать не могу, ты так и стоишь перед глазами. Хочу, чтобы твоя жизнь наладилась, — примирительным тоном проговорил он.