Я натянуто улыбнулась, с трудом удерживая веки открытыми.
— Спасибо за все, Артём, — прошептала я.
Искренне была благодарна этому человеку за то, что он есть в моей жизни.
Романов улыбнулся и вышел из палаты. Стоило закрыть глаза, как провалилась в сон.
Артём приходил ко мне три дня подряд, рассказал некоторые события из моей жизни, от которых у меня волосы вставали дыбом. Как я пережила столько? Создавалось такое впечатление, будто слушала страшилку о ком-то другом, а не о себе. Ни один нерв не пошевелился, ни одно воспоминание не всплыло. Глухо и пусто в голове, поэтому сведения о моем прошлом и не причиняли боли.
На четвертый день в палату вошел незнакомый мужчина, и я интуитивно насторожилась. Однако, встретив пронзительный взгляд серых глаз, в которых плескалось тепло и сопереживание, немного расслабилась. Темноволосый мужчина, на вид ровесник Артёма. Очень симпатичный. Высокий лоб, прямой нос, волевой подбородок, небольшие скулы, тонкая линия губ.
— Привет, — осторожно проговорил незнакомец. — Это тебе, — протянул мне букет белых роз, — твои любимые цветы.
— Спасибо, — улыбнулась я, забрав букет из его рук.
Любимые? Странно. Почему белые? Сейчас бы выбрала красные. Встала с кровати и поставила в вазочку на окне. Ее из дома принес Артём. Он каждый раз, навещая меня, заявлялся с цветами и полными пакетами гостинцев. Приносил мне различные сладости и фрукты.
За эти дни у меня прибавилось сил, по палате передвигалась более уверенно. Это и не удивительно, Артём заставлял меня есть столько, словно готовил на убой. Что я успела выяснить про брата, так это то, что он жуткий диктатор, командир и оспорить его решение невозможно.
Как я с ним уживалась раньше?
Но, тем не менее, Романов мне с каждым днем нравился все больше и больше.
Перевела взгляд на незнакомца и чуть склонила голову на бок, изучая его. Джинсы обтягивали крепкие ноги, а белая футболка — торс. Передо мной стоял обычный мужчина, подтянутый, высокий, на ум еще пришло слово — спортивный.
— А вы… Кто? — нарушила я тишину.
В его глазах отразилась печаль.
— Прости. Знал ведь, что ты память потеряла, а представиться забыл. Александр Демидов. Для друзей просто Саша. И давай на «ты», — сказал он, а я наслаждалась звучанием его приятного голоса.
— Рада познакомиться. Раньше мы с тобой дружили? — уточнила, забравшись на кровать.
Подобрала под себя ноги и кивнула Саше на стул, чтобы устроился напротив меня. Люблю разговаривать, глядя в глаза собеседнику.
— Да, мы дружили. Правда, в последнее время виделись редко. Как ты могла так поступить с Тёмычем? У него чуть сердечный приступ не случился, когда ему сообщили, что ты, скорее всего, не выживешь. Я все это время был рядом с ним, поддерживал. Я осознаю, что ты ничего не помнишь, но на будущее, сначала подумай о других, а потом делай. Ты дорога и мне, и Артему, и пусть в последнее время ты с нами редко общалась, наше отношение к тебе из-за этого не изменилось.
У меня пропал дар речи. Не знала, что ему ответить, поэтому молча отвела взгляд в сторону.
— Саша, прости, если я обидела тебя в той жизни, которую не помню. Мне, правда, жаль. Могу только пообещать, что теперь постараюсь вас не огорчать, — промолвила, тяжело вздохнув.
Демидов посмотрел на меня как-то странно, поднялся со стула, пересел ко мне на кровать и заключил в крепкие объятия. Прижал меня к своей груди, как родную. Поставил подбородок мне на макушку и тяжело вздохнул.
— Господи! Как же я рад, что ты жива. Если бы мы потеряли еще и тебя… У нас с Артемом точно бы разорвались сердца.
У меня краска прилила к щекам. Не знаю, как Саше, а мне было ужасно неловко. Испытывала дискомфорт в объятиях незнакомых для меня людей. Для них я родная и привычная, но они-то для меня никто. Мне было трудно. Никогда бы не подумала, что воспоминания так много значат для людей.
— А кого вы потеряли? — насторожилась я, а Саша резко напрягся.
— Артём просил пока не рассказывать тебе эту часть нашей жизни. Сказал, что итак слишком много информации взвалил на тебя. Поэтому не буду вдаваться в подробности, а отвечу так: у нас с Тёмой были любимые женщины и обе погибли. Ты с ними очень хорошо общалась.
Я отстранилась от Саши и тяжело задышала. Ого! Вот это да! Ну и жизнь у меня была… Одна тьма. Присутствовало ли хоть что-то светлое? Посмотрела на Сашу с сожалением, а потом крепко прижалась к нему.