— Не знаю, — она даже немного растерялась, такой практики у неё ещё не было.
— Это можно выяснить, — подключился к их разговору. — Физически орки намного сильнее, чем сила моего телекинеза, так что если не сможешь сдвинуть меня с места, то орка и подавно.
— Хорошо, тогда опробуйте это, как раз потренируетесь; нам всё равно ждать, пока Роб очухается.
Плющ отправился к моей жене, и они снова начали отрабатывать совместные приёмы; мы же с Вержиньей отошли в сторонку.
— Ну что, попробуем? — улыбнулся ей и взлетел на метр от земли, да так и завис. — Попробуй сдуть меня, а я попытаюсь остаться на прежнем месте.
Вержинья, встав напротив меня, мило улыбнулась. В тот же момент воздух вокруг неё пришёл в движение: старая трава взметнулась ввысь, следуя его движению, и вскоре мощь ветра ощущалась на расстоянии; даже кусочки земли взметались вверх. А потом вся эта сила обрушилась на моё тело. От бешеного напора я весь напрягся, пытаясь остаться на прежнем месте; стало трудно дышать из-за хлещущего в лицо ветра. Я повернулся спиной к направленному потоку, и стало заметно легче.
Сила бьющего потока ветра нарастала с каждой секундой. Я уже и сам покрылся испариной, не желая поддаваться и смещаться даже на чуть-чуть. В какой-то момент ветер иссяк, и, обернувшись, я увидел бледное лицо Вержиньи. Она покачнулась и стала заваливаться в сторону. Резким рывком я оказался на пути падения и мягко подхватил её, не давая упасть в грязь.
— Ты перенапряглась, — тихо произнёс, смотря ей в глаза.
— Выложилась на полную, — с трудом, но ей всё же удалось улыбнуться.
— За это хвалю, только так можно стать сильнее. Предлагаю отдохнуть и повторить снова, — улыбнувшись, я поправил ей выбившуюся прядь.
Вержинья, явно засмущавшись, попыталась выбраться из моих объятий, но мне захотелось немного поиграть, так что я и не подумал разжимать руки.
— Я уже пришла в себя, можешь отпустить, — как-то неуверенно проговорила она, глядя мне прямо в глаза; а щёчки так и покрылись лёгким румянцем.
— А если я не хочу? — наклонившись, прошептал ей на ухо; при этом её грудь плотно прижалась к моей, и кажется, я почувствовал, как ускорилось биение её сердца.
— Думаю, Иллейв это не одобрит.
— Тут ты права, эх, — даже вздохнув, изображая лицом полнейшее страдание, я всё же отпустил её.
— Эй, Пабло, — за спиной раздался голос Януса. — Там это, Роб очнулся.
Глава 63
— Я скажу тебе две фразы,
которые откроют любые двери:
«от себя» и «на себя».
— Джейсон Стетхем
Развлечения с Вержиньей сразу отошли на второй план. Я тут же отправился обратно в поселение и, преодолев расстояние до нашего временного лагеря, вошёл в дом.
Роб всё так же лежал на дубовом столе, теперь больше похожем на оборудованную койку. Под его голову подложили свёрнутые тряпки, под спину постелили мягкую шкуру, а сверху накрыли грубым серым покрывалом.
— А ты прямо как барон устроился, — улыбнулся я очнувшемуся другу.
— Ну так, ценный боец и содержаться должен соответственно, — натужно улыбнулся он, явно борясь с внутренней болью. Действие лечебного зелья давно закончилось, буквально вырывая его из лап смерти, но, видимо, внутренности Роба всё ещё были травмированы.
Подойдя, я присел на край стола возле него.
— Ну-ка, подвинься, — съязвил я, в моей руке возник флакон со средним зельем исцеления. — На, вот, выпей. Столько дорогущих зелий на тебя уходит!
Роб хохотнул и принял протянутый флакон, после чего залпом осушил его.
— Хорошо, — улыбнулся он.
Его лицо, покрытое гематомами, тут же стало светлеть, восстанавливая повреждения.
— Так что было? — уже не морщась от боли, спросил Роб.
— Ну… После того как тебя хорошенько отметелил орк, я, к счастью, успел разобраться со своим и вмешаться. Короче, пришлось ему несладко, когда я сбросил его с высоты пролетающих облаков, — я улыбнулся, вспоминая кричащего зеленокожего. — Ты бы слышал, как он верещал и размахивал руками… Ууу, музыка!
— Так и надо этому выкормышу бездны, — зло проронил Роб и уже даже смог встать с койки.
Мы ещё немного поговорили о всякой ерунде, перебрасываясь шутками и сбрасывая таким образом напряжение, царившее в лагере последние сутки.