Командир отряда встретил удар орка своим мечом и, перенаправив его, контратаковал. Но эльфа уже не было на прежнем месте; меч разрезал воздух, а удар эльфа, стремительный и направленный под неожиданным углом, без проблем вспорол рубаху воина, прочертив кровавый след на его груди. Командир отряда, крякнув, упал на землю, и тут эльфу прилетел удар в спину, пробивая его насквозь и заставляя болезненно застонать. Жизнь быстро угасла в глазах остроухого, и он упал в пыль дороги к остальным трупам, число которых множилось с каждой секундой.
Люди, атакуя толпой и явно не чурающиеся командной работы, то и дело убивали эльфов на разных участках фронта, но это были незначительные потери на фоне погибших защитников.
Прошло несколько минут боя, и командир ужаснулся, как, с пугающей скоростью, уменьшилось количество его бойцов.
Эльфы, добравшиеся по крышам, атаковали сверху, снося головы нескольким воинам. Их головы покатились по влажной земле, а обезглавленные трупы рухнули, словно марионетки, лишившиеся управляющих нитей. Фонтаны крови, бьющие из их тел, забрызгивали всё в радиусе нескольких метров.
— Мрази! — взревел командир и ринулся вперёд, но его атаки ничего не приносили. В лобовом столкновении с эльфами условия были слишком неравными: слишком быстрая скорость и рефлексы у этих остроухих отродьев бездны.
Важного вида эльф в явно дорогих, длинных одеждах с показной лёгкостью отбил выпад мужчины, отрубая ему кисть с зажатым мечом, и быстрым, плавным ударом пронзил живот насквозь. После чего ударом ноги заставил его упасть на землю.
Мужчина упал, хватаясь за сочащийся кровью живот и трясясь всем телом в болевом припадке. Сквозь закрывающиеся веки он с ненавистью смотрел на приближающихся эльфов, что-то весело обсуждающих и хихикающих. А потом, в слитом синхронном движении, их головы разлетелись в стороны, и кровь с каким-то запозданием густыми струями брызнула в разные стороны. Земля, уже не способная принять больше влаги, отказалась впитывать кровь, отчего та потекла по грунтовке обильными красными ручейками.
На небольшом участке между домами рухнуло двадцать обезглавленных тел, и на площади в двадцать квадратных метров не осталось свободного места, где бы не лежало мёртвое тело. Тут успокоились все: и защитники, и нападавшие.
Командир смотрел на это зрелище с истинным восторгом и наслаждением. Сквозь трупы перешагивал Алехандро — брат императора, одежды которого пылали золотыми узорами работающих рун, — а потом жизнь ушла из глаз бравого защитника крепости, оставляя на лице кривую, радостную улыбку.
Глава 65
— Я лысый не потому, что у меня нет волос,
а потому что у волос нет меня.
— Джейсон Стетхем
Наконец, спустя пару дней пешего перехода, уставший отряд увидел на горизонте цель своего пути. Вдалеке, развивая красные знамена, гордо возвышаясь над степью, стояли белые шатры.
— Наконец-то! — радостно выкрикнул Роб, откупоривая флягу и делая большой глоток эля. — Топливо совсем закончилось, а без него я долго не пройду.
Словно в подтверждение, Роб даже потряс своей пустой флягой.
— Кто о чём, а свинья всё о грязи, — недовольно ответила Иллейв.
— Вот не будь ты женой Пабло… — прорычал наёмник, у которого заканчивались силы терпеть нападки девушки.
— А ну-ка прекратили! — разъярился Плющ, не в силах больше выслушивать регулярные ругательства между этими двумя. — Давайте уже спокойно доберёмся до лагеря, а там делайте что хотите!
Спорить с командиром отряда никто не стал, и они молча продолжили путь.
— Зря она на тебя зуб точит, — тихо сказал Дмитрий, идущий вместе с Робом позади отряда.
— Да совсем осмелела, другой бы уже давно голову открутил, а этой всё с рук сходит, — зло произнёс Роб. — Ну, пью я, и что? Ей какое до того дело?
— Не знаю, дружище, может, приглянулся ты ей? — Дмитрий засмеялся в голос, отчего даже заработал короткие взгляды от членов отряда, которые оборачивались и смотрели, чего это он.
— Да я лучше со змеёй дружбу водить буду, чем с этой, — не оценил шутку Роб, продолжая мечтать о лагере, бане и пополнении запаса браги в своей фляге.
Тем временем отряд приблизился к первым палаткам. Увидевшие их часовые засуетились, и парочка убежала вглубь лагеря.
Когда отряд одарённых дошёл до первых постов, к ним навстречу быстрым шагом направился Джордж Макферсон — генерал имперской армии, вышедший из глубин лагеря в сопровождении убежавших ранее часовых.