Подойдя ближе к замершему уставшему отряду, он с беспокойством осмотрел всех и недовольно нахмурился.
— Где ещё двое? Неужто случилось чего? — обеспокоенно произнёс он, смотря в глаза измученного командира отряда.
— Мы узнали важные новости, грядёт великая орда, их там под три тысячи, и прибывает пополнение, — устало ответил ему Плющ, переходя к самому важному.
Тут же раздались тревожные шепотки, пронёсшиеся по рядам часовых. Люди встревоженно переглядывались, бледные лица пытались найти какие-то ответы в точно таких же лицах своих товарищей.
— Дрянные новости, — глухо проскрипел генерал, протирая враз вспотевший лоб. — И всё же, где остальные твои бойцы?
— В процессе выяснения данных сведений нам пришлось схлестнуться с несколькими малыми отрядами орков. Вержинью захватили, Пабло экстренно вынес нас из гущи событий, я направился в лагерь с важными сведениями, а Пабло решил вернуться за Вержиньей, что с ними теперь, нам не ведомо, — Плющ с горечью даже рукой махнул.
— Если кто и способен вылезти из этой передряги, так это мой муж, так что уверенна, всё будет в порядке, — попыталась всех успокоить Иллейв, но у самой сердце было не на месте от переполнявших её переживаний.
— Так, хорошо. Будем надеяться на лучшее. Сейчас же нам нужно подготовиться. К сожалению, нам придётся прибегнуть к плану «Орда», благо мы готовились всё это время.
Видно было, что старик нервничает, хоть и пытается скрыть переживание за хмурой миной, вон даже на нервные откровения пробило.
Генерал убежал, отряд отправился отдыхать и восстанавливать силы, а в лагере тем временем нарастало нервное беспокойство, слухи летели от шатра к шатру с невероятной скоростью, и вскоре все знали о том, что грядёт. И если поначалу многие относились к услышанному со скепсисом, то вскоре, когда началось массовое движение в лагере и подготовка, даже у самых неверующих отпали всякие сомнения — орки близко, и их много. Чертовски много.
— Я больше не могу, — к концу шестого дня Вержинья, тяжело дыша, упала на траву и раскинула руки.
— Ничего, давай отдохнём, — я сел рядом с ней, стараясь контролировать округу. Благо степь была ровная и чистая, лишённая высоких холмов и ущелий, могущих предоставить нам неприятные сюрпризы.
Мы отрезали девушке её длинное платье, оставив его чуть выше колен, но даже так, в таком одеянии было сложно продолжать длительный поход, и тем не менее Вержинья держалась, стараясь сохранять равный мне темп.
— Я уже ненавижу эту степь, — пробурчала она, откупоривая фляжку и жадно глотая воду.
— Не переживай, осталось совсем немного, ещё чуть-чуть, и мы увидим очертания шатров, — поддержал я её, крепко сжав плечо.
— Спасибо, без тебя бы я точно тут с ума сошла, — весело ответила она мне.
— Странно только, что орки даже маленькую погоню не пустили по нашему следу, — задумчиво сказал я, доставая из кольца провизию и разводя костёр. — Всё же идём мы довольно долго, и погоней даже не пахнет, так что подкрепиться будет самое то.
Свиная тушка, появившаяся из кольца, уже маринованная и обильно смазанная ароматными травами, была насажена на вертел и мягко затрещала под лёгким пламенем. Благо, как мне удалось выяснить опытным путём, продукты совершенно не портились, находясь внутри артефакта, словно время совершенно не действовало внутри кольца: горячее оставалось горячим, а холодное — холодным.
— Думаю, им просто лень, — пожала плечами Вержинья, наблюдая за моими приготовлениями.
— Объяснишь свою мысль? — заинтересовался я её точкой зрения.
— Ну, смотри. Вот кто я была для них? Просто очередная зверушка, приговорённая к вечернему столу. Да, деликатес, может быть, чрезвычайно вкусный и ценный деликатес, учитывая, что орки постоянно идут на нас войной, а набрав достаточное количество человечьего мяса, вновь уходят в степи, хотя недостатка местной пищи я как-то не наблюдаю. Но всё равно, у них там целая великая орда, и они явно планируют массовый забой на наших территориях, и какой смысл им гнаться по степям за какой-то одной маленькой зверушкой, если вскоре они рассчитывают добыть тысячи? — она так распереживалась от собственных рассуждений, что её горло пересохло, и она вновь прильнула к фляге. — Ну и вторая возможная мотивация для погони — это месть за убитых тобой орков, но ты вспомни, они же так и не потрудились убрать трупы своих товарищей под тем холмом, так что отношение к сородичам у зелёных гадов такое себе, так что и вторая мотивация отпадает.